Девочка, которая любила Ницше, или как философствовать вагиной

По Танькиной «сексуальной шкале Рихтера» вчерашнее соитие относилось к высшей, 3-х бальной категории — yeblye. Клиент изъявил желание (цитирую) «побывать во всех твоих дырочках», на что ему было заявлено: «да за nyehuj». Под конец он так разошелся, что умудрился, кроме прочего, кончить между сиськами, которые та же Танька иначе как «медицинскими прыщиками» не называет.

Вот итог. Лежу в ванне, внизу и сверху все растянуто, а в башке крутится: «И с детства не люблю анал…» Смотрю в потолок. Закрываю глаза. Открываю глаза. Никаких изменений. Словно пользованный презерватив. Точно. Так и есть. Пользованный и выкинутый за дальнейшей ненадобностью. Природе понадобилось hyer знает сколько миллионов лет, чтобы изобрести двуполое размножение, придумать яйцеклетки и сперматозоиды, феромоны и тестикулы, пенис и вагину, оргазм, эякуляцию и, мать ее, месячные. А результат? Результат все тот же — миллионы женщин до, миллионы женщин после будут лежать в ванной, на полу, на кровати и чувствовать себя пользованными презервативами. В отверстиях хлюпает, саднит, а во рту — привкус резины с бананом.

Еще одно свидетельство вопиющего несовпадения средств и цели. Ради чего? Ради банального оплодотворения?! Как много всего наверчено вокруг абсолютной пустоты! Пустота затягивает, закручивает… Пепел. Вот то единственное слово, которое остается после того, как смывает оргазмом. И вот проблема — должна ли blyad' оргазмировать? Позволено ли профессионалу в искусстве траханья банально корчиться в приторных судорогах? Более неэстетичного зрелища трудно и придумать.

С усилием выныриваю из вязкой каши мыслей, мыслишек, зачерпываю водицы и ополаскиваю лицо.

Противно пищит телефон. Назойливо, как одинокая комариха темной душной ночью, все еще не способная отойти от посторгазменного синдрома, ошалевшая от запаха потного человеческого тела. Один укус, несколько жалких капель крови, чтобы великая машина размножения могла катиться дальше. Может, и для человека стоило придумать что-то более изощренное, чем фрикционное раздражение слизистых оболочек? Возможно, нам, самкам, следовало бы на пике наслаждения впиваться клыками в беззащитную шею самца и захлебываться его кровью?

Телефон продолжает пищать. Нетрудно догадаться, кто вспотевшей ладонью сжимает трубку на другом конце провода. Народ жаждет новых впечатлений.

— Как все прошло? — жадно спрашивает Танька.

— Подробно описать? — интересуюсь.

— Подробно, — подтверждает Танька и затаивает дыхание.

— Иди на huj, — отрезаю злорадно. — Здесь тебе не секс по телефону.

— Не кончила? — сочувственно-понимающе вопрошает фригидная Танька.

— Кончила. И не раз. Обкончалась до посинения. Приходи, — предлагаю. — Рассказывать не буду, но все покажу.

— У тебя член прорезался?

— Дура, — ласково. — Зачем член, когда есть две руки, десять пальцев и язык. А для особых извращенок — электронный her в ящике припрятан.

Танька молчит, но затем признается:

— У меня тоже фллоимитатор есть. Только все ерунда. Он — флло-имитирует, а я — оргазмо-имитирую.

Потом добавляет:

— Я не лесбиянка.

— Откуда знаешь? — устало зеваю. Разговор утомил. Хочется сунуть трубку в воду.

— Мне мужики нравятся.

— Ну и довел ли хоть один из них тебя до оргазма? — усмехаюсь.

— Они оказались козлами, — жалуется Танька.

— Милая, — нежно говорю, — у тебя их было, от силы, две с половиной штуки. Но поверь опыту, они все — козлы.

— И как ты с таким настроением на мир смотришь, — вздыхает фригидная Танька.

— Член — это еще не весь мир, уверяю, — ночь постепенно отпускает из своих душных челюстей. А может, это все Танька? Она ведь звонит именно в такие моменты, когда нахожусь на грани…

Шлепаю босыми ногами по полу. Капли стекают по лодыжкам. Даже не заглядываю в зеркало, покрытое тонкой сеткой патины, или как там это правильно называется. От собственного вида тошнит. Это тело всю ночь (почти) провело в безумии продажной страсти, а душа смиренно восседала в кресле и разглядывала творимый с плотью etchi suru и прочее omonkuu. Что они находят в безлядвом теле? Чем оно их заводит? Оно? Да ничем. Чем заводит «Черный квадрат»? Полной неадекватностью эстетическим паттернам, как грязно выругалась бы все та же Танька. А она в этом знает толк, как художник, чья адекватность все тем же паттернам иначе как бездарностью не назовешь.