Дети Акульего бога

Стояла на острове деревня, и хозяином этой деревни был Акулий бог. Все мужчины деревушки были рыбаками, а женщины готовили их улов, чинили сети и красили лодки. А Акулий бог присматривал за тем, чтобы на его священном острове всегда в изобилии водились рыба и тюлени за коралловым рифом, и защищал деревню от огромных серых тайфунов, которые каждый год затапливали лагуны, вырывали с корнем деревья и разрушали дома на других островах. Поэтому дети в деревне росли крепкими и сильными, а женщины были красивыми и сильными, а рыбаки – отважными и сильными, даже в старости.

В благодарность за свои благодеяния Акулий бог у своего народа мало что просил – только приносить ему в жертву по козе в начале каждого года. Под музыку и песнопения козе надевали на шею гирлянду из свежих цветов и привязывали ее у лагуны на восходе луны. Утром она исчезала, только цветочные лепестки плыли по воде, а Акульего бога никто не видел – во всяком случае, в виде акулы.

Надо сказать, что Акулий бог умел изменять свое обличье по собственному усмотрению, как и любой из богов, но никогда не показывался на суше больше, чем один раз за жизнь поколения. Появлялся он обычно в виде красивого юноши, легконогого и обворожительного. Только одна женщина узнала божество под человеческой маской. Ее звали Мирали, и сказка это о ней и ее детях.

Когда Мирали появилась на свет, родители ее были уже немолоды и давно отказались от надежды завести ребенка – имя ее означало «долгожданная». Ее отец был калекой – мачта лодки переломилась в шторм, упала на него и раздавила ему ногу. Если бы не дочь, трудно бы пришлось пожилым супругам. Мирали, конечно, не могла сама удить рыбу в открытом море, хоть и мечтала об этом, потому что, сколько себя помнила, любила море всем сердцем. Но она выполняла всяческие работы для многих семей на острове – убирала дома, делала покупки, присматривала за детьми и даже помогала повивальной бабке при трудных родах или когда на свет должны были появиться близнецы. Она также прославилась как умелая швея и кухарка, а еще никто лучше нее не умел чинить крышу из пандануса, хотя это обычно было мужской работой. Ни капли дождя не просачивалось сквозь кровлю, уложенную руками работящей Мирали.

При этом Мирали никогда не жаловалась на усталость, потому что гордилась тем, что заботится о матери и отце не хуже сына. За это ее уважали и почитали в деревне, и многие молодые люди ухаживали за ней так, словно она была писаной красавицей. А красотой она как раз не отличалась – маленького роста, приземистая, с прямыми бровями, что большинство считали непривлекательным, и узкими бедрами, не обещавшими плодовитости. Но у нее были добрые, глубоко посаженные, глаза и волосы, такие же густые и черные, как у всех женщин на этом острове. Многие даже завидовали ей, но об этом Мирали ничего не знала. У нее самой не было времени ни на зависть, ни на ухажеров.

И случилось так, что деревенский жрец часто выбирал Мирали для уборки в храме бога-Акулы. Это была не только великая честь для девушки, которой едва исполнилось семнадцать, но и серьезная ответственность, потому что акулы чистоплотны, и, оставив духовное жилище бога в беспорядке, она могла бы оскорбить и разозлить его. Поэтому Мирали убирала храм с особой тщательностью, чтобы после службы не осталось ни молитвенных свитков, ни обгоревших палочек благовоний. Так Акулий бог и узнал о Мирали.

Но увидел он ее только в тот день, когда она справилась со всей работой, так что у нее чудом не осталось никаких дел до завтра, когда ей предстояло начать все сначала. В такие дни, хоть выдавались они и редко, Мирали всегда выходила к воде, брала у кого-нибудь на время каноэ с выносными уключинами или долбленку и отплывала от берега, дрейфуя по воле волн по лагуне, и даже заплывала за риф, любуясь облаками, предвещающими погоду, или косяками рыб в волнах, или предаваясь своим юным мечтам. И если ей выпадала удача увидеть черный, серый или коричневый плавник, бороздящий волны неподалеку, она не пугалась, а ласково окликала огромную рыбу и просила ее передать Акульему богу почтительные приветствия. Ибо в те времена дети знали, чего от них ждут родители и боги.

Мирали заснула в каноэ своего дяди, когда сам Акулий бог приплыл взглянуть на нее – конечно, в облике мако, самой красивой и грациозной из всех акул. Лишь только он увидел девушку, как ему сразу захотелось сбросить рыбье обличье, вспрыгнуть в лодку, разбудить ее и осыпать ласками. Но он знал, что если так сделает, то испугает ее хуже всякой акулы. И поэтому, неохотно оставив свои мечты, он проплыл вокруг ее лодки трижды (ведь три – волшебное число), фыркнул по-акульи и исчез.