Десять маленьких непрошеных гостей. …И еще десятью десять

О работах выдающегося зоолога Карла Фриша теперь говорят, как о «шедевре человеческого разума». Но громкую славу ученому принесли не общезоологические исследования, посвященные органам чувств животных, а непрерывное, в течение полувека, изучение медоносных пчел. В этой области Фриш показал себя неутомимым и неистощимым мастером эксперимента, проницательным и самокритичным истолкователем полученных данных. Он внес богатый вклад в науку, заложил основы современного биологического учения об информации.

Переведенная на множество языков и уже трижды издававшаяся в СССР популярная книга Фриша «Из жизни пчел» представляет небольшую, но увлекательно написанную повесть о работе ученого с пчелами. «Жизнь пчел похожа на волшебный колодец, — говорит Фриш в предисловии к седьмому немецкому изданию. — Чем обильнее из него черпаешь, тем обильнее он наполняется водой».

Но если повесть о пчелах создана ученым, желающим и других приобщить к пережитой им радости открытий, то предлагаемые вниманию читателей очерки только знакомят с диковинным миром насекомых, показывая, насколько все здесь интересно, содержательно и достойно изучения.

Перу Фриша принадлежит еще одна популярная книга «Ты и жизнь — современная биология для каждого» (1955), а также изданный в ГДР альбом акварельных портретов наиболее распространенных насекомых, о каждом из которых Фриш сообщает самое важное в нескольких строках (1961). Главные научные труды Фриша: двухтомная «Биология» — учебник для высшей школы (1952–1953) и монография «Язык танцев и ориентировка пчел» (1965).

В ноябре 1966 года ученому исполнилось 80 лет. Теперь он почетный доктор наук университетов и высшей технической школы Геттингена и Мюнхена (ФРГ), Граца (Австрия), Берна и Цюриха (Швейцария). Он — член Баварской Академии наук, Академии наук Австрии, Финляндии, Академии наук и литературы, королевского общества в Лондоне (Английская Академия наук), Вашингтонской Академии, Академии в Бостоне (США), Академии в Упсала (Швеция), Немецкой академии исследователей природы в Галле (ГДР), естественно-математического отделения академии в Копенгагене (Дания), математическо-физического отделения академии в Геттингене, Немецкого биологического общества, Американского физиологического общества, почетный член Немецкого общества врачей-отоларингологов (Фриш — единственный немедик в этом обществе), Шведского общества физиологов в Лунде, член-корреспондент Датского общества естествоиспытателей, Венского биологического общества, Венского общества врачей, член Линнеевского общества в Англии, почетный член энтомологических обществ США, Англии, Швейцарии, Баварии, президент Международной ассоциации исследователей пчелы, почетный гражданин города Вены, кавалер многих орденов и медалей за научные заслуги, в том числе медалей Рейнера и Вильгельма Бельше, лауреат научных премий Либена (Австрия), Земмеринга (Австрия), Бальцана (Швейцария), Калинга (Индия, это премия борцам за мир и взаимопонимание между народами), Магеллана (США) и т. д.

«Тем, кто он есть, его сделали исключительно рано проснувшаяся одаренность, железное трудолюбие и почти непревосходимая основательность и тщательность каждой научной работы», — писал один из многочисленных учеников Фриша в связи с его юбилеем. Другой писал: «Он научился из каждой неудачи извлекать пользу для дела познания и даже каждое поражение превращал в ступень к победе». Более подробный рассказ о жизни и работе Карла Фриша читатель найдет во второй части этой книги.

Миновала жаркая обеденная пора летнего дня. Усталый человек собрался немного соснуть. Все вокруг тихо. И вот уже его мысли начинают где-то витать, переступая грань, отделяющую мир действительности от страны грез. Но тут, как на грех, муха, без толку летавшая по комнате, решительно избирает местом посадки его лоб. Она не кусает, не жалит, но невыносимо щекочет. Достаточно шустрая, чтобы не позволить себя прихлопнуть, муха вместе с тем не столь проницательна, чтобы, сделав несколько неудачных попыток, отказаться от новых и поискать себе местечко поспокойнее.

Человека раздражительного подобная назойливость способна привести в бешенство. Муха подлинно несносна!

Зимой, когда выпадает первый снег, тот же человек, может быть, отнесется к мухе более терпимо.