Десетият праведник

Десетият праведник

Любомир Николов

Описание

В 21 век се разгръща жесток Колапс, химичните елементи променят свойствата си, връщайки човечеството назад в развитието. Ядрена заплаха виси над света, огънят и електричеството са лукс. Хората се обръщат към вътрешния си свят, търсейки спасение в човешката душа. Любомир Николов, автор на "Къртицата" и "Червей под есенен вятър", ни предлага завладяващ разказ за оцеляване в апокалиптични времена. Романът е изпълнен с вълнуващи обрати и философски размисли за човешката съдба.

<p>Любомир Николов</p><p>Десетият праведник</p>„Подчини ми се, робе!“ — „Да, господарю, да!“„Добро дело ще взема да сторя за мойта страна!“ —„Вярно, стори, господарю, стори.Който върши добро за страната си,в пръстена на Мардук са делата му.“„Не, робе, не ще сторя добро дело за мойта страна!“„Недей, господарю, недей.Стани, разходи се по древни руини,черепи виж там на бедни и знатни:кой от тях бил е злодей, кой — благодетел?“ Неизвестен вавилонски автор Около X век пр. Хр.

И Господ каза: Ако намеря в Содом петдесет праведника вътре в града, ще пощадя цялото място заради тях.

Тогава Авраам рече: Да се не разгневи Господ и аз ще продумам пак, само тоя път: Може да се намерят там десет. И Господ каза: заради десетте няма да го погубя.

Битие 18:26–32
<p>1</p>

Светлината се пречупваше по лещите на обектива с меко дъгоцветно сияние и мазният отпечатък от палец изпъкваше просташки като пиян гост на изискана вечеринка. Идиоти, беззлобно изруга наум Николай, прави са били ескимосите. Трион, казват, да дадеш назаем, ще ти го върнат със строшен зъб, куче да дадеш, ще го изтощят, тъй че услужвай само с жена си — ще ти я върнат като нова. Той машинално поправи ремъците на полупразната раница и си помисли, че да, в някои отношения не би било зле човек сега да живее при ескимосите; после се зачуди дали още има ескимоси и как ли живеят, но всъщност не би трябвало да са зле — разправят, че цивилизацията само им е пречела. Добре де, тяхна си работа, а ние да гледаме нашата, нали затова сме се домъкнали в тоя пущинак.

Той порови из необятния джоб на панталона от груб вълнен плат, провря пръсти под табакерата, връзката ключове, кесийката с огниво и накрая напипа ъгълчето на носната кърпа. Измъкна я внимателно, за да не изръси останалите дреболии, огледа я критично и реши, че не е чак толкова мръсна.

С леко дъхване замъгли обектива на бинокъла, избърса го, сетне за по-сигурно повтори операцията и като се увери, че лещата е чиста, върна кърпата на място. Погледна на изток, но клоните на близкия бор закриваха долината, само отляво, празничен и свеж като измито морковче, стърчеше тухленият комин на кибритената фабрика.

Николай се изкачи малко по-нагоре по поляната и надигна бинокъла към очите си. Сивите сгради на фабриката сякаш подскочиха насреща. Оптиката беше добра, старо цайсово производство, и дори от това разстояние всичко се виждаше до най-малки подробности — телените заграждения покрай завоя на реката, табелките с надпис ACHTUNG: MINEN!1, по-нататък високият белосан зид, по който лениво се разхождаха двама часови в торбести шаячни униформи. Освен тях на територията на фабриката не се мяркаше жива душа, само край боядисания в оранжево склад за готова продукция унило преживяха четворка волове, впрегнати в огромна каруца с блиндиран корпус. Почивен ден, помисли Николай, сега работниците пият бира в селските кръчми и чакат кога ще стане време за обедната дажба наденица с кисело зеле. Мисълта за наденицата изведнъж го накара да почувства колко е гладен, мускулчетата под езика му се свиха болезнено и за да забрави глада, той се обърна надолу, където под дърветата седяха куриерите. Повечето дремеха, облегнали гърбове на възлестите дънери на боровете. Неколцина пушеха — „трева“, определи Николай, слизайки към групата, сладникавият аромат се разнасяше надалече. Глупост, разбира се, след час щяха да се нуждаят от бистър ум… но всеки си е луд по своему. Както и онова момче, новакът с мулето. Сто на сто щяха да го спипат, преди да се мръкне. Мулето не е човек, за него трябва пътека, а след днешния удар всички пътеки щяха да бъдат под наблюдение. Всъщност кой си ти, че да учиш другите, запита се той. Забрави ли участъка в Сен Оноре? Беше пиян като задник, с цяла пратка италиански запалки, и само добрият Господ, дето бди и над пияниците, те отърва от въжето.

Похожие книги

Отверженные

Виктор Гюго, Джордж Оливер Смит

Виктор Гюго, гениальный французский писатель, в романе "Отверженные" создает масштабную картину французской жизни начала XIX века. Роман раскрывает сложные судьбы героев, переплетенные неожиданными обстоятельствами. Центральной идеей является путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни. Этот шедевр литературы полон драматизма, интриги и глубокого философского подтекста. Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Цветы для Элджернона

Дэниел Киз, Дэниэл Киз

«Цветы для Элджернона» — завораживающая история о Чарли Гордоне, простом человеке с ограниченными умственными способностями, который становится участником эксперимента по повышению интеллекта. Роман, написанный Даниэлом Кизом, поднимает сложные вопросы об ответственности ученых за последствия своих экспериментов и о важности человеческих отношений. Произведение, претерпевшее много изданий, посвящено теме ответственности ученого за эксперименты над человеком. История Чарли, его переживания и борьба за самопознание, наполнены глубоким смыслом и трогательной искренностью. Роман исследует не только научные аспекты, но и социальные и психологические проблемы, связанные с интеллектуальными способностями и обществом.

Адская Бездна

Александр Дюма

В психологическом романе "Адская Бездна" Александра Дюма, действие которого происходит в Германии с 18 мая 1810 по середину мая 1812 года, рассказывается об истории немецкого студенчества и тайного антинаполеоновского общества. Роман, являющийся первой частью дилогии, вместе с "Бог располагает!" образует захватывающее произведение, которое заставит вас задуматься о преступлениях и наказаниях. В нем описывается противостояние героев с бушующей природой и внутренними демонами. Противоречия и конфликты между персонажами, а также их столкновения с окружающим миром, создают драматичную атмосферу. История двух молодых людей, затерянных в бушующей стихии и тайных обществах, полна драматизма и интриги.

1984. Скотный двор

Джордж Оруэлл

Роман «1984» – мощный антиутопический шедевр, исследующий опасность тоталитаризма. В нем, как и в повести «Скотный двор», Оруэлл мастерски использует аллегорию, показывая, как идеи диктатуры и фашизма могут привести к катастрофическим последствиям. «Скотный двор» – это яркая сатира на человеческие пороки, где животные фермы олицетворяют различные типы людей в тоталитарном обществе. Оба произведения Оруэлла – это глубокий анализ власти, контроля и последствий подавления свободы. Они остаются актуальными и сегодня, заставляя задуматься о природе власти и ответственности личности в обществе.