Держись, Захар!

Вика находилась в аудитории и подслушивала разговор девчонок, которые сидели через ряд от неё, ближе к выходу. Всё, как полагается, соблюдая социальную дистанцию.

– Люба, – отчитывала одна подружка другую. – Сейчас колоссальное значение приобретают брови! – копировала она всем известную секретаршу Верочку. – А ты бледная, как поганка.

– Ох, Женька, – смеялась в маску другая, – это точно не твои слова. Плагиатишь, подруга!

– Глупая, ты! Какая разница, кто это сказал. Главное, что сейчас, в наше время, когда мужчина может увидеть на твоём лице только брови, их надо как-то выделять, что ли.

– Выщипывать? – потрогала свои густые брови Люба.

– Зачем! – всплеснула руками Женя. – Теперь в моде широкие, ну, не брежневские, но всё-таки достаточно массивные. Так что, вот, – достала из косметички тени для бровей. – Рисуй.

– Нет. Не буду, – замахала руками подруга.

– Почему?

– Негигиенично. Сейчас опасно пользоваться чужими вещами.

– Ох, – вздохнула Женька. – Точно. Я совсем забыла.

– А может ещё и глаза накрасить? – Люба достала из сумочки свою косметичку и принялась подкрашивать брови.

– Глаза не надо. Мы ж очки солнцезащитные на улице носим. Для профилактики, так сказать. Глаз за тёмными стёклами всё равно не видно. Брови ярче делай, как у меня.

– Ага. Так?

– Ещё выразительнее. Дай посмотрю, – Женя внимательно посмотрела на Любу. – Вот. Совсем другое дело. А помаду можешь, вообще, выбросить. Только маску портить. Да и маникюр можно не делать, если перчатки носишь. Экономия!

«Эх, – вздохнула Вика. – Может и мне брови подкрасить? Может Захар тогда заметит меня среди общей безликой массы в масках…»

В аудиторию вошла преподаватель. Женщина за сорок. В маске, как полагается, и перчатках.

– Здравствуйте, коллеги…

А Вика думала лишь о том, что уж если эта грымза бровки густо накрасила и сделала шире, хотя раньше выщипывала до тонкой линии, то ей молодой девчонке, сам бог велел.

«Ну, держись Захар! – улыбнулась она, бросив взгляд на парня, но под маской её улыбку никто не заметил. – Никуда ты от меня не денешься!»

А в это время два парня, которые сидели на этом же ряду, что и Вика, но через проход от неё, тоже о чём-то увлечённо шушукались, благо под маской не видно, как шевелятся губы.

– Юрка, – толкнул ногой в голень Захар друга, – заканчивай чесать лицо. Сказано же было, что руки от лица надо держать подальше.

– Если б я мог, – продолжал чесаться парень, но теперь используя ручку.

– Знаешь, со стороны это выглядит весьма странно и подозрительно.

– Сам знаю, но чешется.

– Так смени маску.

– Да дело не в маске. Дело в том, что я решил не бриться. Всегда хотел модную бородку, баки, все дела.

– Ну и?

– Так волоски о маску трутся, от этого лицо чешется.

– Эх, – вздохнул Захар, – а я тоже подумывал о модной небритости.

– Ты?

– Ага, – ещё грустнее вздохнул парень. – Прыщи замучили. Лезут и лезут, а так было бы их не видно.

– Ну, – ухмыльнулся под маской приятель, – их и сейчас не видно.

– А если целоваться придётся?

– Так у тебя же ещё и девушки нет. С Наташкой вы вроде бы разбежались.

– Разбежались.

– Так и не забивай себе голову глупостями. Какие поцелуи, о чём ты? Вон, – кивнул головой в сторону рыжего парня, – Игорёк с Жанной даже за руки не держатся, – усмехнулся он.

– Ага, – поддел его друг. – Вот только за руки они и не держатся. Весь этаж в общаге в курсе их нечастых встреч.

– Ты плакат внизу общежития видел?

– Меры профилактики при…

– Его, – почесал подбородок Юра. – Так вот. Там чётко написано: маски носить, лицо руками не трогать, носить перчатки и постоянно мыть и дезинфицировать руки, а насчёт всего остального ни слова. Так что правила они не нарушают.

– Это ж как? Без объятий и поцелуев?

– Тебе подробно описать? – ухмыльнулся под маской Юра.

– Нет, спасибо, обойдусь, – смутился Захар, но красные пятна на лице вылезли и выше маски, так что его смущение друг заметил, но комментировать не стал.

– Слушай, а что за обезьяна сегодня нам лекцию читает? – через некоторое время спросил Юра.

– Ты что Марину Владимировну не узнал?

– А это она?

– Ага.

– А я смотрю и гадаю, кто этот монстр с угольно-чёрными и кустистыми бровями. Да и голос у неё какой-то странный.

В этот момент прозвенел звонок.

– Что ж, коллеги, на этом мы с вами расстанемся до четверга, – произнесла преподавательница и принялась собирать бумаги на столе.

«Как хорошо, что я в маске, – думала она про себя. – Угораздило же меня сегодня за завтраком чашкой ударить передний восстановленный зуб и сломать пломбу. Как бы я сейчас, с дыркой вместо зуба, лекцию читала. Студенты засмеяли бы меня. А так, никто ничего не заметил. Ну, шепелявлю немного. Совсем чуть-чуть».

– Пацаны, – подсел к Юре и Захару Денис, – у вас чего-нибудь освежающего не найдётся?

– Зачем тебе? – в один голос, достаточно громко, произнесли парни.

– Тсс, – зашипел на них приятель и оглянулся по сторонам, но никто не смотрел на них, все были заняты своими делами, готовясь к следующей паре. – Дело деликатное, – прошептал он.