День всех влюбленных

Сердечки были повсюду. На стенах, на занавесках на окнах. Свисали на ярких ленточках с потолка. Большие и маленькие, матовые и искрящиеся. Кабинет зубного врача стал похож на магазин сувениров, куда только что завезли товары ко Дню святого Валентина.

Ланс Тальбот поудобнее уселся в кресле, глядя на жужжащее сверло в руках врача. Настроение у него было мрачным. Обилие алых сердечек ужасно его раздражало.

— Правда, Дорис замечательно постаралась? — заметил доктор Бейкер с такой слащавостью в голосе, что Ланс невольно поморщился.

— Да, — коротко согласился он, покосившись на медсестру, которая как раз выкладывала на поднос всякие зубоврачебные инструменты, которые ассоциировались у Ланса со средневековыми орудиями для пыток.

Она протянула доктору Бейкеру какую-то штуковину, похожую на рыболовный крючок, и Ланс закрыл глаза. Больше всего на свете он боялся зубных врачей.

— День святого Валентина такой милый, забавный праздник, — заметила Дорис.

Ланс едва поборол в себе искушение рассказать ей, что в нынешнем году этот день обещает быть для него таким же забавным, как купание голым в проруби. Впрочем, кому это интересно?

— Январь самый холодный и длинный месяц, вот я и решила украсить кабинет пораньше. Чтобы как-то поднять настроение, — продолжала Дорис таким же медоточивым голоском, каким доктор Бейкер почему-то всегда обращался к пациентам и от которого у Ланса еще больше болели зубы. — В конце концов красное сердце — эмблема любви. А любовь это то, на чем держится мир.

— Как примерный семьянин, проживший с женой тридцать пять лет, я просто вынужден с этим согласиться, — улыбнулся доктор Бейкер и принялся сверлить Лансу зуб.

Дорис хихикнула.

— Вы меня не обманете, доктор. Я же знаю, что в душе вы романтик.

— Вряд ли моя дражайшая половина согласится с таким утверждением, — вздохнул доктор Бейкер. — Кто у нас настоящий романтик, так это Ланс. Он холостяк!

Ланс уже давно привык к тому, что окружающие почему-то считали, будто у холостяков обязательно должна быть фантастически романтичная жизнь. Интересно, а что бы сказали Дорис и доктор Бейкер, если бы узнали, что в День святого Валентина он собирается пойти на свидание с женщиной, которая откликнется на его объявление. Скорее всего, они бы просто ему не поверили.

Ему и самому верилось в это с трудом. Но у него было вещественное тому доказательство — то самое объявление в воскресном приложении к ежедневной газете, в разделе знакомств, набранное жирным шрифтом, как говорится, черным по белому.

Он уже начал жалеть о своем безумном поступке. Зачем он вообще решился на такое? Ему совсем не хотелось идти на свидание в День святого Валентина. И уж тем более — на свидание с незнакомой женщиной, которая откликается на объявления в разделе знакомств.

Начать с того, что ему вообще не стоило встречать Новый год с Ником и Алеком. Каждый раз, когда они собирались вместе, то выдумывали какую-то ерунду. Впрочем, было бы несправедливо обвинять во всем друзей. Это его азартный характер сыграл с ним злую шутку. Он обожал споры и пари. И приятели знали, что он просто не сможет не принять вызов.

Потому что объявление о свидании в День святого Валентина было именно вызовом. Он сделал это на спор. Не потому что хотел, а потому что пришлось. В конце концов, надо было как-то оправдывать прозвище Мистер Романтик, которым его наградили еще в университете.

Друзья не знали о том, что в старших классах школы он был тихим и скромным подростком, который и не помышлял о какой-то там романтике. Что он вовсе не «коллекционировал» девушек в университете и вовсе не собирался побить все рекорды по количеству покоренных им сердец, а просто наверстывал упущенное в ранней юности.

Все его знакомые, и доктор Бейкер в том числе, считали, что положение Ланса достойно всяческой зависти. Холостяк. Вольная птица. Делает, что хочет. Бывает, где хочет. Проводит время, с кем хочет. Когда он был моложе, такая жизнь его устраивала. Не имея ни перед кем никаких обязательств, он мог полностью посвятить себя изучению архитектуры, стажировкам за границей, работе, требующей поездок по всей стране.

Но в последнее время Ланс стал задумываться: а не совершил ли он большую ошибку, не осев где-нибудь в одном месте? Он уже стал уставать от женщин, которые пытались его убедить в том, что они полностью самостоятельны и не нуждаются в поддержке мужчины.

Неужели друзья правы, и на свете просто нет женщины, которая бы разделяла его романтические устремления? Но если даже такая и существует, он вряд ли разыщет ее по объявлению в разделе знакомств.

Впрочем, какое это имело значение? У него все равно не было выбора. Либо найти подругу по объявлению, либо ударить в грязь лицом перед Ником и Алеком…

— Эй, Ланс. Не закрывайте рот, а то вы мне пальцы прикусите, — проговорил доктор Бейкер тоном снисходительного папаши, обращающегося к оболтусу-сыну.