День рождения

(из книги рассказов «Жизнь прекрасна!»)

Случился в Мамошино на даче номер три день рождения – семь лет исполнилось имениннику Коле. По этому поводу родители, бабушки и тёти с дядями закатили настоящий детский бал. Гостям заранее раздали на выбор стихи, предложили выступить и с другими номерами. Сами тоже не бездельничали, готовились. Весь дом украсили надувными шарами в каких – то невиданных количествах, пригласили артистов из цирка, ну и, конечно, угощение. Расстарались, не бездельничали: тут тебе и блюда с красиво нарезанными фруктами и ягодами, и конфеты, и мелкие пирожки с симпатичным названием ушки, да много ещё чего.

Компания, как это бывает на даче, собралась обширная и разновозрастная. Абсолютной принцессой явилась Даша. Густющие кудри цвета гречишного мёда с рыжей искрой, бордовое платье с пышной юбкой и сияющие глаза в предвкушении праздника. Рыжий как солнышко, девятилетний Вася с красивым в армянскую бабушку разрезом зелёных глаз; двойняшки Лена с Олей подошли позже – никак не могли найти одинаковую одежду для совместного танца. Выбрали розовые туники с чёрными кружевами и чёрные лосины. Двойняшки пришли с братьями: пятилетним Ванечкой и тринадцатилетним Николаем. Насчёт Николая бабушка сомневалась – рослый и взрослый, он с именинником никогда не играл, но Николай немедленно забыл, что он взрослый, и рвался на праздник, как полковая лошадь на парад. Желания добавляло и то, что его друг, вездесущий одиннадцатилетний Артур, уже мелькал на именинном участке.

Пришлых гостей собралось немало, да ещё взрослые старшие сёстры именинника, да его погодки – двоюродные белокурые брат Вова с сестрой Василисой, и наконец, самый юный гость – годовалый развесёлый брат Иван.

Праздник начался! Гостиная забурлила, заколыхалась цветными шарами, разноцветной детской одежкой. Взволнованная мама именинника объявила концерт и выставила призовую коробку с запечатанными папиросной бумагой ячейками – каждый выступающий кулаком разрывал бумагу и забирал себе подарочек за выступление.

Читали стихи, Коля читал ответственно, с выражением, мама сопереживала ему лицом, взрослые сёстры дуэтом пели под гитару, двойняшки танцевали. Василиса сидела в белом платье принцессой. Конечно, не всё шло гладко. Ванечка прочитал Хармса без запинки, но уж очень тихо. Оля с Леной, как отрепетировали танец с дедушкой, так и танцевали: к дедушке лицом, к зрителям задом. Даша вышла, постояла, но рассказывать ничего не стала. Вова стихи читал снисходительно, отрабатывал номер. Иван таращился и захлёбываясь слюнями от восторга, пачкал памперсы.

Однако праздника все эти мелкие огрехи не портили. Наоборот, как бывает на детских праздниках, дети пьянели от шума, криков, восторга. Каждый веселился по-своему, на свой лад. Старшие мальчики толкались и пихались. Остальные участвовали во всевозможных аттракционах, только пятилетний Ванечка дорвался до запретных из-за диатеза конфет и фруктов, наблюдал за весельем от камина, не отходя от детского фуршетного стола.

Наконец, приехали артисты. Все дети в предвкушении расселись спиной к панорамному окну и лицом к входной двери. В комнате появился клоун – обычный такой клоун в коротких чёрных штанах, огромных башмаках, в рыжем парике, рот, как водится, был густо выведен в красную ухмылку. Нос красной пипочкой. Дети с готовностью открыли рты и приготовились к обычной на дачах клоунской анимации, но не тут-то было, из-за двери последовательно выскочило пятеро собак – и не каких-нибудь малявок, а здоровенных псин – двух терьеров, молоденькой энергичной таксы, толстого бассета (это как огромная такса), и «крошки» – мраморного дога. Дог был всего 9 месяцев от роду, но ростом – по пояс клоуну.

Что делали собаки? – да проще сказать, чего они не делали: и танцевали, и искали, и умирали, и кувыркались. Бабушки, родители больше смотрели на детей, потому что на их рожицах, как в зеркале, читалось всё – восторг, восхищение, удивление и чистая детская радость от соприкосновения с древним зрелищем.

Бабушка близнецов, Николаши и Ванечки, полюбовалась светящимися детскими мордахами и вздохнула, вспомнила, как её водила в цирк её бабушка, как всё это завораживало, манило и как однажды лет в 12 прямо на представлении колдовство раз и исчезло, и стало непереносимо, и как она встала и убежала домой и больше никогда в цирк не ходила.

Тринадцатилетний Николаша представление смотрел с восторгом.

– Мальчики позднее взрослеют, – подумала бабушка.