Демон

История делает внутренне существо сильнее, кем бы ты ни являлся при этом. Вампир, эльф, оборотень… Иногда так больно оступиться, но именно так преподаёт нам урок жизнь. Одних время лечит, других убивает, третьих делает жёстче, а последних просто сильнее, не затрагивая души. Но эта сила крепнет на ненависти, которая и заставляет идти вперёд и просто жить. Не всегда разумно бороться, но всегда разумно отвечать за свои слова и понимать, кто ты есть на самом деле.

– Отец, ты не сделаешь этого!

Всклокоченный парень с длинными чёрными волосами шагнул вперёд, загораживая своим телом хрупкую девушку, в глазах которой плескался страх. Только страх. Не было слёз, потому что они просто кончились. За её спиной было слишком многое, чтобы возможно было продолжать тащить это дальше на своих плечах.

– Не сделаю, – ответил властный голос. Его обладатель возвышался над парнем и его девушкой, скрестив руки на груди. – Потому что это сделаешь ты.

Лицо парня исказилось, а в глазах, похожих оттенком на закат солнца, заплескалось отчаянье.

– Это приказ?

– Ты же знаешь, кто ты. И знаешь, кем станешь в будущем, если оно тебя, конечно, ждёт.

В отдалении мелькнула насмешливая улыбка бледного парня. Повеяло ароматом фиалок, а на лезвии секиры, возникшей в руках сына, отразился свет его аметистовых глаз.

– Отец, ты не сделаешь этого!

Но на этот раз тот не мог ничего ответить, корчившись в муках рядом со своей женой, которая была уже мертва.

– Не сделаешь этого…

Но парень и сам понимал, что всё кончено, потому что чувствовал, как силы передаются ему, исполняя пророчество его отца. Он становился тем, кем должен был быть. Но этого было не достаточно.

Сталь схлестнулась со сталью, рассыпая веер искр. Его противник развернулся, развевая по ветру длинные белые волосы, а потом аметистовые глаза встретились с глазами цвета свежепролитой крови. Аромат фиалок дурманил, бездна глаз заманивала в себя. Всего одна ошибка. Но она стоила всего. Сотен прожитых лет. Власти над целой империей, которая была проклята на жизнь там, где царствовала смерть. И жизни. Не своей, и от этого было только больнее.

В гостях хорошо, а дома… ещё хуже. Никита Богословский

То, чем я занималась последние пять минут, называется: «Искать неприятности на свою… голову». Конечно, я понимала, что подслушивать разговоры взрослых дядей нехорошо, и всё же…

– Нет, это очень опасно! – а-а-а… это советник регента, временно правящего Данкалией.

Я сама себе фыркнула. На самом деле глупо всё как-то вышло. Когда мы навещали, чисто из вежливости, вдову светлоэльфийского престола… Нет, папа влюбился, как мальчишка, ей богу! Но вместо того, чтобы наконец-таки объединить светлоэльфийские земли с нашими, тёмноэльфийскими, он предпочёл уехать к моей новой мачехе. «Ты скоро подрастёшь и станешь маленькой сильной королевой», – сказал он мне. Да-а-а… до восемнадцати мне ещё год. Поэтому папа передал все дела своей правой руке – тот ещё плут – и укатил за любовью всей своей жизни. С тех пор ни слуху, ни духу.

– Но выгодно? – подал голос вышеупомянутый регент. – Очень выгодно, – ответил он сам же на свой вопрос.

– Клог, ты в своём уме?! – возопил третий голос.

О, да у них там полноценное совещание! Мотивы подслушивать автоматически удваиваются.

– Их делегация прибывает завтра, – терпеливо продолжал говорить регент, не обращая внимания на гневные выкрики. – Во главе с королём. На мгновение воцарилась тишина. Я нетерпеливо поёжилась под дверью.

– Тот самый? – подал голос советник. Видимо, Клог кивнул – я ничего в ответ не услышала.

– Ходячая легенда, тьфу ты! – выругался ещё кто-то.

Мои мозги медленно подходили к стадии кипения – понять, о чём они говорили, было выше моих сил.

– Да-а… – протянул Клог. – За такое короткое время он наделал столько шума.

Слова регента меня раздражали. Имена? Фамилии? Больше меня ничто не интересовало.

– Скорее наоборот, – я почувствовала, что основной диалог здесь проходил между Клогом и его советником. – Если раньше они кляли своего короля на чём свет стоит, то теперь они молчат. Запад тих, как никогда раньше. Запад? Это уже что-то. Можно сузить круг подозреваемых.

– А принцессе об этом уже сообщили? Ну, наконец-то обо мне вспомнили… Что? А я тут при чём?

– Скажу, – как-то напряжённо ответил регент. Ох, и чувствует моё сердце – этот плут опять что-то задумал.

– И она не будет против?

– А кто её спросит?

Я скрипнула зубами. Мне явно собирались навязать что-то этакое. В конце-то концов! Кто здесь принцесса? Он или я? Я… Вот это меня и пугает.

– Вигма? Нехорошо подслушивать.

Я подскочила от неожиданности. Истал всегда подкрадывался незаметно. Сейчас он стоял прямо напротив меня и укоризненно качал головой.

Я испытала раздражение. Ещё одна древность свалилась на мою голову. Ну-у… выглядел-то он не более чем на двадцать, но мозги уже явно перегрелись от времени.

Истал изобразил на лице недовольство, словно подслушав мои мысли. Хотя… кто его знает, может, и подслушал – Истал был самым старшим из всех советников.