Дело Ханссена. «Кроты» в США

В октябре 2000 года у первого секретаря постоянного представительства России при ООН Сергея Олеговича Третьякова заканчивался срок командировки. Однако, когда настало время возвращаться в Москву, он вместе с семьей исчез из поля зрения российских дипломатов в Нью-Йорке. По сложившейся традиции российское посольство направило властям США соответствующие запросы: что произошло с Третьяковым, находится ли он на территории США и если да, то добровольно ли, и каковы его планы. Но ответа на эти вопросы со стороны официальных американских представителей не последовало.

Только 31 января 2001 года пресс-секретарь госдепартамента США Ричард Баучер собрал журналистов на брифинг и сообщил, что российский дипломат Сергей Третьяков в октябре прошлого года связался с представителями американских властей и выразил желание остаться в США. На вопросы о том, просил ли Третьяков политического убежища, и о возможности так называемого «консульского доступа» к нему Баучер отвечать отказался, заявив, что не может говорить об этом, поскольку «существует очень давняя практика — не комментировать дела подобного рода». А на уточняющий вопрос: «Какого рода?» — просто ответил: «Такого рода».

Такая позиция госдепартамента навела журналистов на мысль, что Третьяков на самом деле был не обычным дипломатом, а сотрудником российской разведки (СВР или ГРУ), действующим в Нью-Йорке под дипломатическим прикрытием. Дело в том, что в последнее время многие российские дипломаты, работавшие в международных организациях по российской квоте, по истечении срока командировки оставались за рубежом вольнонаемными служащими, не делая из этого тайны для своих бывших коллег. Так, только в период с 1991 по 1993 год в США самовольно остались пятнадцать российских дипломатов[1]. Характерно также, что советник по прессе постоянного представительства РФ при ООН Кирилл Сперанский в ответ на вопрос спецкора газеты «Московские новости» Ильи Бараникаса: почему Россия проявила беспокойство и интересуется судьбой Третьякова, сказал: «Если бы российская сторона изначально знала о намерении Третьякова, все бы было спокойно».

Впрочем, разговоры о судьбе Третьякова очень скоро затихли бы, но 18 февраля 2001 года ФБР арестовало своего специального агента Роберта Ханссена, которому было предъявлено обвинение в работе на советскую, а потом и российскую разведку. Этот факт подтвердил предположения журналистов о том, что Третьяков был не «чистым» дипломатом, а являлся сотрудником СВР, «купившим» себе американское гражданство ценой предательства.

Разоблачение очередного российского «крота» в спецслужбах США заставило директора ФБР Луиса Фри собрать 20 февраля пресс-конференцию для журналистов. Нервно поигрывая скулами, он заявил, что случившееся — это «один из наиболее серьезных случаев шпионажа в истории США» и что поступок Ханссена является «самым чудовищным предательством, какое только можно вообразить».

Шефу ФБР вторил председатель сенатского комитета по разведке Ричард Шелби, сказавший в интервью агентству «Associated press», что Ханссен причинил США колоссальный ущерб. «Это очень, очень, очень серьезный случай шпионажа, — заявил он. — Речь идет не просто об агенте, а о ветеране ФБР, который занимался контрразведкой весьма длительное время. Он знает многое. Он мог сообщить очень ценные сведения».

Не остался в стороне даже президент США Джордж Буш-младший. 20 февраля во время полета в Теннесси он со свойственной ему прямотой заявил с борта президентского лайнера «Эр форс-1»: «Это тяжелый день для всех, кто любит нашу страну, и печальный день для всех работников спецслужб». Кроме того, Буш-младший пообещал всем потенциальным предателям, что они «будут пойманы и наказаны», и дал указание создать специальную комиссию во главе с Уильямом Уэбстером (в прошлом шеф и ЦРУ, и ФБР — Авт.) для проверки надежности организационной структуры ФБР.

Дело Ханссена вызвало живейший интерес не только в США и России, но и во всем мире. При этом всех гораздо больше интересовали не секреты, которые он выдал, а причины, толкнувшие его на предательство. Тем более что, по заявлению бывших коллег Ханссена, его меньше всего можно было заподозрить в измене.

В предлагаемой книге мы постараемся вскрыть эти причины. Но для того чтобы было понятно почему «дело Ханссена» вызвало такой резонанс в США, мы считаем необходимым рассказать как о структуре американского разведсообщества, так и о некоторых, предшествовавших описываемому случаях вербовки его сотрудников советской, а позднее и российской разведкой.