Дежитесь ближе к жизни!(СИ)

.

Пишется, совершенствуется.

Из цикла "Как это было".

Светлой памяти...

чернобыльцу, афганцу,

офицеру-однополчанину

Николаю Ковальчуку

посвящается.

Гончаровское - Афган.

Афган - Гончаровское.

Гончаровское - Чернобыль.

Чернобыль - Конотоп.

***

В белом стиле пойдёт рассказ,

тяжко на душе,

не до рифмы мне сейчас.

***

ДЕРЖИТЕСЬ БЛИЖЕ К ЖИЗНИ!

Под звуки траурных мелодий,

салюта залпов, шум берёз,

стою я молча у могилы

с тоской в душе от горьких слёз.

Потерял я друга -

ему жить да жить - была заслуга.

Афган, Чернобыль под огнём -

прошёл я с ним, прошёл вдвоём.

Жена усопшего рыдала -

тоску, печаль мне нагоняла.

Зазвенел о гроб и мой пятак -

плач нарушил звон лопат.

На могиле горой венки, цветы -

вокруг могилы ландыши.

За потерю жизни с рентгенами в бою,

я чарку поднял горькую

за упокой души.

"Прощай, товарищ боевой!" -

друзья прощаются с тобой.

С афганской пылью и рентгеном

нашёл в земле ты свой покой.

Сроднил Афган тебя со мной,

ты ближе мне, чем брат родной.

Ратный труд твой был велик -

белокровием разбит.

Всем смертям, врагам назло,

нам в Афгане повезло,

а рентгенами Чернобыль -

здоровье, жизнь твою угробил.

У чиновника к чернобыльцам,

к их болезням - одно условие,

у врача - один ответ.

Откуда белокровие?

Почему? Потерян иммунитет?

О Чернобыле, о радиации,

о друзьях, товарищах

мне тяжко вспоминать,

за ликвидаторов обидно,

хочу я правду знать,

а за льготы стыдно.

В посёлке Гончаровское

я службу проходил,

когда вулканом смерти

Чернобыль задымил.

СЛУЖБА РАТНАЯ.

Почётно и ответственно

офицером быть,

дабы в годину тяжкую

всё наше защитить.

Служил я в Забайкалье,

служил я в Закавказье,

в Прибалтике и в Молдавии,

в Гончаровске и в Германии.

Прошёл я через Орск,

протопал я Свердловск,

но ближе мне роднее -

посёлок Гончаровск.

Посёлок Гончаровский -

военный городок,

окоп копай, траншею -

везде один песок.

В лесу ты заблудился,

попал на полигон,

сегодня там учения -

земля дрожит кругом.

Полесье, междуречье -

река Днепр, река Десна.

Край лесистый -

ольха, берёза, ель, сосна.

В лесу - земляника и малина,

и опята и маслята.

Песчаный пляж, река Десна,

сосновый воздух и тишина.

В лесу рядом - поляна Красная,

любима всеми - долгожданная.

Офицерам танкистам

погоны, звёзды замочила,

должность, звание дала.

А однажды...

были дела-а!.. дела!

Ночку буйно не спала -

генерала родила.

При Горбачёве -

борьба за трезвость.

Приказали -

поляну Красную вспахали.

Люди нынче говорят,

городок стал намного краше,

грибов, ягод стало больше,

посёлок просто не узнать?

Давно я не был там,

душа так тоскует

по своим родным, знакомым,

по грибным и ягодным местам.

Собраться вместе нам -

служивым надо бы.

Но где? Когда?

На нашем ратном,

воинском пути

я уверен, лучше Гончаровска -

места не найти.

Надо нам, друзья-однополчане...

Вспомнить службу ратную,

вспомнить прошедшие года.

Увидеть знакомые, дорогие лица,

узнать какие нынче

у каждого дела.

Пройтись бы вместе, как бывало,

по улице Танкистов,

зайти бы в КЭЧ,

по улице Артиллеристов.

Спуститься ниже.

Посидеть бы, помечтать -

под ивой у пруда.

Пройтись бы чистым лесом,

вспомнить подзабытые места.

Года бегут -

года!.. года!

Приехать надо в Гончаровское -

былое вспомнить,

надежды не теряю никогда.

Кстати, в 30-верстах от Гончаровска

АЭС, Чернобыль.

Никто не думал, что атом мирный,

нам принесёт такую боль.

АРМЕЙСКАЯ "ТРЕВОГА!"

Предмайским ранним утром

поспать бы крепким сном,

но сигнал "Тревога" поднял -

судьбе моей назло,

обдал горячим потом

и топаньем сапог

и как пылинку ветром

нас в пекло понесло.

Проверить боеготовность

перед праздником,

традицию армейскую -

знали мы давно.

Вставало солнце,

лучом светило мне в окно.

Парк боевых машин,

дежурный по парку

капитан Ильин:

"Боксы не вскрывать!

Всем перед КТП

командира ждать!"

Слишком долго

от безделья мы страдали.

"Что за странные разводы луж?

Такого не видали!"

"Солдат тревожить?

в такую рань?"

"Наверное, про нас забыли?" -

шутки в моде стали.

Казалось, в ситуации

обычной и простой,

армейская "Тревога" -

дала свой первый сбой.

Только через час

командир танкового полка

подполковник Болонихин

получил приказ.

И очень кратко -

приказ довёл до нас.

Пять часов назад, в Чернобыле

на атомной электростанции

произошла авария

с выбросом радиации.

Нам приказано сегодня -

26 апреля в восемь ноль-ноль

послать химиков в Чернобыль -

на атомную станцию

для разведки уровней радиации.

Пройдут годы, десятилетия.

Пока живы мы, ту армейскую,

необычную тревогу

26 апреля 1986 года -

мы запомним навсегда.

Для нас та странная тревога -

радиацией в душу въелась,

обдала нас лучевой,

занозой в теле затаилась,

детишек мёртвых родила,

друзей многих уложила в землю,

дорогу к дому забрала.

Был Афган кровавый -

добавился Чернобыль.

Тысячи человеческих душ -

Чернобыль белокровием угробил.

Необычная для нас тревога

26 апреля 1986 года,

нас в радиацию окунула,

нас в Чернобыль завела.

Нами военными -

"Чернобыльской тревогой"

именною названа,

а аварию в Чернобыле

"Чернобыльской катастрофой" -

назвала страна.

Ещё недавно в Афгане моджахед

стреляя в наш след,

а тут злополучный Чернобыль -

свои рентгены, нуклиды

на душу многим нам повесил.

Кстати, войну в Афгане,

нам афганцам из жизни

не вычеркнуть пером,