Дед Пихто и бабка Никто

Annotation

Кто же такой дед Пихто и бабка Никто? Где они живут и почему их так зовут? Об этом узнали Саша и Слава в канун Нового года. А ещё они увидели необыкновенную незадуваемую свечу, очутились внутри подсвечника, ели блину у Деда Пихто, спасли бабушку Никто, услышали, за что Дед Мороз бабку Никто наказал. И, конечно, научились уму разуму.

Художник Вера Гребенникова.

Ольга Яралек

Ольга Яралек

Дед Пихто и бабка Никто

Каждый раз перед Новым годом мама доставала с антресолей гирлянды, мишуру, ёлочный дождь из фольги и украшала все комнаты в доме. От новогоднего оформления у нас сестрой появлялось праздничное настроение, и ожидание Нового года становилось щекотливо-волнительным. В этом году за день до Нового года мы помогали маме. Доставали новогодние украшения из больших коробок и вместе решали, где им лучше быть.

– Посмотри! – сказала сестра. – Наш любимый подсвечник! От него так уютно, когда он светит в темноте. Подсвечник был очень красивый, в форме колокола, у основания которого затерялась заснеженная деревенька. Белый снег пушистой периной лёг и на деревья, и на крыши деревянных домиков. А большие сугробы почти полностью скрыли все изгороди. Над спящими под снегом домиками синела звёздная ночь. Когда в подсвечник клали и поджигали свечку окошечки в домиках и звёздочки начинали сиять, потому что не были раскрашены и свет свечи проходил через них свободно.

– Кошечки, – задумчиво сказала мама. – Это опасная игрушка. Может быть пожар. Я всегда боюсь, когда вы её зажигаете в спальне. Подождите…

Мама вышла, а Слава закружилась с подсвечником по комнате. Вдруг на пол что-то упало. Мы подбежали. Это был очень красивый магнит-снежинка, покрытый сверкающими кристалликами. Я видела его у нашей одноклассницы, Тани. Но откуда он взялся у нас дома? Слава быстро схватила магнит и спрятала в карман.

– Ты его у Тани взяла? – догадалась я.

Слава смутилась, не зная, что ответить.

– Чужое брать нельзя! Ты что не знаешь?

– Вот, хотела подарить на Новый год, но по случаю заберите сейчас, – входя в комнату, сказала мама.

– Это неопасные свечи, хотя и парафиновые. У них светодиодные огоньки на батарейках. Эти свечи можно включать и выключать. А каким удивительным светом они сияют!

Слава посмотрела на меня с тревогой, не проболтаюсь ли я маме о магните. А мама включила свечку, и мы увидели настоящее чудо. Огонёк свечи начал меняться на наших глазах от красного до фиолетового, повторяя все цвета радуги.

– Как красиво!

– Мы сегодня и свечи, и подсвечник к себе возьмём, можно? Зажигать подсвечник не будем, свечки в нём нет, – сказала Слава.

Когда мы уже лежали в кроватях, а мама, пожелав спокойной ночи ушла, произошло вот что. В темноте одно из окошек нарисованного на подсвечнике домика зажглось. Мы так и сели на кроватях.

– Ты свечку вставляла? – спросила меня Слава.

– Нет, – тихо ответила я.

Свет из нарисованного окна падал на снег и тот искрился, как настоящий. Потрясение было столь велико, что мы смотрели на это чудо молча. Вот дверь домика открылась, на пороге появился дед. Да. Да. Самый обыкновенный старичок, в ватных штанах, тёплой рубахе, жилетке и ушанке на голове. Он потоптался у входа, посмотрел на нас и махнул рукой, приглашая войти.

– Что будем делать? – спросила я шёпотом.– Не знаю, – ответила Слава. – Можно просто с головой под одеяло нырнуть… Но как-то неудобно, он же знает, что мы не спим.

Мы придвинулись к подоконнику, на котором стоял удивительный подсвечник. Дед продолжал махать нам рукой.

– Может просто коснуться стекла?

Затаив дыхание мы коснулись подсвечника и тут же почувствовали, как обжигает ноги снег и мурашки бегут по коже от холода.

– Ох, ты! – сказал дед. – Ну-ка в хату ныряйте, котята. Просить дважды не пришлось, мы вскочили в дверной проём и оказались в аккуратной чистой горенке. В ней было светло, словно днём и тепло. На печке пыхтел горшочек, на столе стоял поднос с горячими блинами, стеклянный кувшин был наполнен молоком. По всему столу были расставлены пиалочки с вареньем, сметаной, мёдом.

– Ну, у нас вы не замёрзнете даже в пижамах! – сказал дед, плотно закрывая дверь. – Заходите, гостями будете. Вон моя бабка блинов напекла, сметаны да варенья всякого понаставила. Самовар готов. Чаёвничать станем.

Мы сели за стол и закрутили головами. В горнице было уютно. Везде висели вытканные зановесочки, тарелки в серванте стояли, как в музее рисунком наружу, на кровати в дальнем углу горкой лежали белоснежные кружевные подушечки.

– Давайте знакомиться, – присаживаясь за стол, сказал дед.

– Мы Слава и Саша, – ответила я за себя и сестру.

– А я дед Пихно.Тут горячий горшочек сам оторвался от печи и медленно полетел к нам на стол. Мы замерли от удивления. А горшочек опустился на глиняную тарелку и открылся. Тут же подлетела деревянная ложка и стала мешать содержимое горшка. Чудесный аромат жаркого поплыл по горнице.

Дед смотрел на нас и улыбался в усы.

– Что? Удивительно? Это и есть бабка моя. Бабка Никто.