Давид Сасунский

Багдадский халиф собрал войско и пошел на нас войной.

Взял город Берд-Капутин, много народу в плен взял, много добра захватил, много жилищ разгромил, многих поубивал.

Стала Армения халифу багдадскому дань платить.

Царь армянский Гагик был очень стар. Наследника у него не было. Была у него одна-единственная дочь, красавица дочь, по имени Цовинар.

Прошло некоторое время.

Халиф послал сборщиков дани в Армению.

Сборщики дошли до города Берд-Капутина. Стемнело. Во всем мире было темно, а в том городе свет горел.

Встретился сборщикам прохожий.

– Что это за свет горит в вашем городе? – спросили они. – Солнце зашло, ночь безлунная, а у вас в городе светло. Что это за свет?

– Это светится дочь нашего царя, – отвечал прохожий. – Каждый вечер, как солнце зайдет, Цовинар-ханум садится у окна и светит городу. И при ее свете все занимаются своими делами.

Когда сборщики проходили мимо дворца, то, увидев в окне Цовинар, пали без чувств. Царь за ними послал.

Сборщики открыли глаза, ни слова не говоря поднялись, пошли обратно в Багдад и предстали перед халифом.

– Принесли мне дань? – спросил халиф.

– Много лет тебе здравствовать, царь! – сказали они. – Какая там дань! Какая там брань! В Берд-Капутине мы девушку увидали и чуть не умерли от изумления.

– Да ну?

– Истинная правда. Сидела она у окна и говорила солнцу: «Ты не всходи – я за тебя посвечу». Во всем мире было темно, в Берд-Капутине – светло.

Свет той девушки озарял город. Если б ты ее увидал, ты бы три месяца лежал без чувств на земле.

– Чья она дочь? – спросил халиф.

– Царя Гагика, – отвечали сборщики.

– А дань почему мне не принесли?

– Много лет тебе здравствовать, царь! – воскликнули сборщики. – На что тебе дань и богатство! У тебя столько земли, столько золота, серебра, драгоценных камней! Полмира принадлежит тебе. Если же царь Гагик отдаст за тебя свою дочь – в ней ты еще полмира приобретешь.

Дума эта запала в голову халифа.

Послал он гонца к царю армянскому и велел сказать:

– Отдай за меня свою дочь. Царь Гагик ему на это ответил:

– Я – христианин, ты – язычник, как могу отдать за тебя свою дочь? Нет, не отдам!

А халиф сказал:

– Отдашь, царь Гагик, – не добром, так силой возьму. Не отдашь – я твой город Берд-Капутин сровняю с землей, твой народ истреблю, полоню, твой трон и престол в прах обращу.

А царь Гагик ему на это сказал:

– Буду воевать, а дочь не отдам.

Халиф своего полководца позвал.

– Собирай войско, иди на Берд-Капутин, – повелел он. – Отдаст за меня гяур свою дочь – хорошо. Не отдаст – камня на камне у него не оставляйте, всё сметайте с лица земли, всё у него отбирайте. Полководец созвал войско, пришел в страну армян и сказал:

– Царь Гагик! Отдай свою дочь, и мы увезем ее в Багдад. А не то мы камня на камне у тебя не оставим, всё сметем с лица земли и царство твое упраздним.

Царь Гагик взглянул – и что же он увидел!.. Звездам на небе есть счет, воинам халифа нет счета. Схватились.

С обеих сторон много воинов полегло. Рать царя Гагика смешалась. Цовинар направилась к отцу.

– Что ты закручинился, отец? – спросила она.

– Неисчислимая эта рать пришла за тобой, – отвечал царь Гагик. – Если ты не будешь женой багдадского халифа, он вырежет наш народ, страну нашу разрушит, царство наше упразднит.

Цовинар подумала-подумала да и говорит:

– Лучше я одна погибну, – не погибать же из-за меня всей Армении…

Отец! Отдай меня за того язычника!

Царь Гагик созвал совет. На совет сам царский тесть, епископ Вардпатрикский, явился; пришел и семнадцатилетний Кери-Торос.

Царь созвал все свое семейство, всех мудрецов страны и повел с ними такую речь:

– Армяне! Что скажете? Отдать мою дочь тому язычнику или уж биться до конца? Что вы мне посоветуете?

Один из тех, кого он позвал, молвил:

– Нет больше сил воевать. Из-за одной девушки не стоит проливать столько крови. Отдадим ее, пусть халиф увезет ее к себе!

А другой сказал:

– Нет, будем воевать! Пусть лучше все мы погибнем, а Цовинар-ханум язычнику не отдадим!

И впрямь: что же может быть дороже чести народной? Наконец встал Кери-Торос и поклонился царю.