Дата Времени

– Ну что Вам сказать… – Он говорил, глядя в бумаги на столе. Пальцы его циклично поворачивали ручку пером вниз-вверх привычным движением.

«А недурно нынче врачи зарабатывают. Паркер-то золотой… Или подарок от благодарных пациентов?» Мысль возникла у меня в голове на секунду. Он оторвался взглядом от бумаг и посмотрел мне прямо в глаза. Очки бликанули звездными искрами.

– Прогнозы неутешительны. У нее рак. Уже третья стадия. Крепитесь и готовьтесь к худшему. Увы, современная медицина бессильна в Вашем случае. Со своей стороны, я обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы облегчить ее страдания.

«Интересно, сколько раз в день он произносит эти слова? Хотя, какая разница… Я и так знал, что моя девочка скоро умрет. Уже почти год как знал… И зачем же я сюда пришел, вот вопрос, а?»

– Сергей Семенович, я знаю, что она умирает. Уже давно знаю. Моя жена – микробиолог с мировым именем, она изучает раковые клетки почти 10 лет. Ищет лекарство от рака. Мы оба знали, что бессильны еще 9 месяцев тому назад.

Он опять опустил глаза в бумаги. Я замолчал. Пауза затянулась, и он явно нервничал.

– Ну, продолжайте. Чего же Вы от меня хотите?

– Я хочу понять ПОЧЕМУ моя девочка так долго мучается. Нет, не за что ей такие испытания – это вопрос явно не к Вам. – Он сморщился, но промолчал. – Именно почему. У меня это не укладывается в голове – ведь она мучается уже почти 2 года! И последние 4 месяца… опухоль слишком велика, чтобы жить с ней, плюс метастазы, это просто невозможно…

– Ну Вы же понимаете, что все зависит от ее сердца – сколько оно сможет выдержать… – Он снял очки, близоруко сощурился, глубоко вздохнул, а потом вдруг потянулся ко мне, облокотившись на стол, и продолжил, значительно понизив громкость голоса. – Между нами, я бы задумался над теми вопросами, которые не ко мне. Возможно, они как раз к Вам.

Я шел по больничному коридору как по лабиринту. Со всех сторон были двери-двери-двери, и они наседали на меня, заставляли смотреть на них, пытаться заглянуть ЗА них… Но мне нужна была только одна дверь. Палата под номером 13. Там, на кровати, лежит моя 8-ми летняя умирающая дочь. Даааа, похоже, доктор прав – вопросы – ко мне! Она верит, что папа ей поможет. Что мама может найти лекарство от всех болезней. Все дети хотят видеть в своих родителях супергероев. Жаль, что мы, родители, не такие… Очень часто мы ни хрена не можем, кроме как трепать языком… И это самое страшное – бессилие. Как же мне хотелось смалодушничать и заблудиться в этом больничном лабиринте, не найти палату с роковым числом 13, которое раньше было счастливым для меня! А потом сказать, что я не виноват, объяснить все красиво – ну, так получилось… Неееет, мне не дали такого шанса – вот она! Лицом к лицу! А теперь надо открыть дверь и войти в палату… выдох… и-и-и…

Маруся сидела на кровати, поджав под себя ноги. Ее чудовищно худое, изможденное лицо с этими невообразимыми синяками на пол щеки светилось радостью. Она увидела меня и вскинула руки, как для объятий. Я не знал ее такой после болезни, то есть очень давно, как будто не в этой жизни. Я забыл ее такой!

– Папа, папочка! Как же я тебя долго ждала! Как ты долго не приходил! А я так рада тебя видеть! Я столько хочу тебе рассказать!

Ее слова сыпались как из рога изобилия на мою больную голову, и я не мог, не хотел останавливать их поток – пусть говорит, поет, делает что угодно – только не лежит с восковым лицом на подушке.

Я подумал, что, наверное, они о чем-то говорили с мамой, может, играли, смотрели какой-нибудь фильм – ну что еще могло привести умирающего ребенка в такое жизнерадостное состояние? Но нет, Даша спала в неуютном больничном кресле, по-кошачьи свернувшись клубочком. Видимо, дала о себе знать накопившаяся усталость непрерывных дежурств. А Маруся как будто и не замечала ее.

– Папа, ты на меня посмотри! Я слышала тебя, когда спала! Слышала внутри, как будто ты говорил в моей голове! И мама там была, она пела что-то, и голос был такой баааальшооооой! – Маруся широко развела тонкие костлявые руки, точно рыбак, хвастающий своим уловом. – Только Гриши не было. Ему надо учиться, он в школе был. Ты сказал мне чтобы я ничего не боялась. Сказал мне, что я твоя вселенная, и ты всегда будешь со мной. Это ведь так, папочка?

Я не мог заставить себя посмотреть ей в глаза, и обнял это крошечное, торчащее костями тельце, прижал белобрысую голову к своей груди. Я целовал ее макушку и приговаривал что-то ласковое, понимая, что должен хоть что-то сделать, хотя бы попытаться ей помочь… должен.

***