Дартрум

Земную жизнь пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу,

Утратив правый путь во тьме долины.

Данте А.

Темнота, ни солнца, ни блеска звезд, только огромная сияющая луна впереди. Кажется, будто она находится неимоверно далеко и одновременно на расстоянии вытянутой руки. Он ступает по недвижной поверхности моря, покрытой призрачными лучами. Штиль, полный. Весь воздух застыл, тишина сдавливает. Тело, обычно легкое и податливое, ощущается грузом ненужной плоти. Он, пошатываясь, приближается к луне, но небесная повелительница не желает отзываться на его молитвы. Почему он так старательно хочет до нее добраться? Он не слышит ни зова, ни прелестной музыки, существует только мертвое серебро, к которому он бесцельно бредет.

Лео открыл глаза. Перед затуманенным со сна взором проплыли старые доски потолка каюты, в которой он практически безвылазно находился последние два дня. Кое-где повидавшая виды древесина уже начала трескаться и ломаться, а из угла на пассажира поглядывало пятно серо-зеленой плесени. Из-за непрекращающейся качки создавалось впечатление, будто оно не прочь перебраться и на близлежащую стену. В голове Лео промелькнула мысль, что если в ближайшее время капитан судна не возьмется за него всерьез, то отвратительная субстанция захватит всю каюту, а за ней и остальной корабль. Хотя какая разница, ведь его недолгое пребывание здесь подходило к концу.

Лео с трудом скинул ноги с неудобной кровати и, пошатнувшись, встал в полный рост. После целых суток непрекращающегося шторма его все еще укачивало, но, к счастью, не так сильно как раньше. Забавно, прежде он никогда не считал, что подвержен морской болезни, впрочем, в последние дни молодой человек открыл для себя много нового.

«Должны скоро прибыть, пойду прогуляюсь по палубе» – подумал он и, окинув свои немногочисленные пожитки взглядом, покинул каюту.

Узкий коридор, ведущий на верхнюю палубу, проходил через большое (по меркам корабля) помещение, где обычно обедала команда. Сейчас там находилось всего несколько человек, свободных от службы: двое увлеченно играли в кости, периодически переругиваясь в пол голоса, третий наблюдал за ними. Еще один матрос устроился в углу и, опершись на доски борта спиной, отрешенно строгал какую-то деревяшку. Лео, не останавливаясь, миновал помещение, тем не менее, успев захватить удушающий аромат чеснока и сала – неизменного спутника матросской столовой. Крутая лестница вывела его на верхнюю палубу. В глаза сразу же ударил свет солнца. Небесное светило периодически закрывали облака, но после пребывания в темной утробе судна, оно казалось ослепительным. Когда солнечные блики перестали мешать обзору, перед взглядом предстал конечный пункт его путешествия – остров Дартрум. Из-за мачты, раскачивающейся в такт палубе, виднелись громады черных скал, изломанные линии темного камня вырисовывались впереди, навевая скрытую тревогу. Лео попытался успокоиться, но мрачная история острова не позволяла сделать это.

Много лет назад остров Дартрум и одноименное герцогство славились на все королевство своим достатком и счастьем. Морские торговые пути, богатые залежи соли и прекрасная природа с необъятными лесами, торфяными болотами и щедрыми до минералов горами делали остров местом, куда люди тянулись в поисках счастья, желая начать новую жизнь. Целые семьи срывались с насиженных мест, отправляясь в ближайший порт, чтобы сесть на корабль, держащий путь на благословенный Дартрум. Энтузиазм переселенцев подстегивал местный правитель, среди народа известный своим добросердечием и щедростью.

Все закончилось семьдесят пять лет назад. За считанные дни благодатный край превратился в проклятую землю, куда долгие годы не смела ступать нога человека. Люди с материка рассказывали, будто целую неделю над островом бушевали молнии, а раскаты грома наводили на мысль, что земная твердь крошилась, словно мягкий песчаник. Ужасный шторм превратил все корабли неподалеку в щепки, а после окончания настолько сильно изменил морские течения, что подойти к острову стало возможным лишь по узкому пути, изобилующему острыми скалами и коварными отмелями.