Дар: некромантия

Лисса никак не могла взять в толк, чего же от нее хотят все эти люди вокруг. От бедной несчастной студентки 2-го курса, которая всего лишь немного провинилась недавно… пару раз точнее. И всего парочку до этого. Так, по мелочи. Разочек нечаянно подняла из могилы саму Невростину Изабеллу Соопскую, соосновательницу университета общественных наук и международных взаимодействий, в котором она училась, почившую веков пять назад, чтобы узнать пару подробных моментов для реферата. Кто же знал, что так нельзя делать, а нужно только пользоваться учебниками из библиотеки, пыхтя и переписывая все имеющиеся данные оттуда.

Табличку бы хоть повесили.

Пару раз опоздала к закрытию ворот университета на ночь и пришлось перелезать (не прокатило — поймали), а в другой раз перелетать с помощью знакомых магов с 4-го курса (тоже не увенчалось успехом). Ну и разочек загуляла со знакомыми гномами в харчевне по случаю выигрыша в пари хорошенькой денежной суммы и те, напившись, устроили дебош с ограми, и развалили всю харчевню, оставив лишь камешки, а городской сторожила сразу написал декану жалобное письмо и обвинил во всем ее, назвав мракобесием. Обидно, знаете ли.

Вокруг нее как раз стояли: ректор их единственного в Белявии университета общественных наук и международных взаимодействий Аритмий Виссарионович, его заместитель Афрониата Исааковна и зав. отдела кафедры международных взаимодействий и каких-то там наук Кристиан О’йел, наверное один из тех немногих молодых преподавателей, на которого западает вся прекрасная половина человечества. На вид ему было около 25–27 лет, а лицо прекрасно и свежо, как у всегда высыпавшегося и никогда не ложившегося спать после 21–00 вечера молодого человека. Лисса откровенно завидовала его внешнему совершенству, так как сама похвастаться подобным не могла. Кристиан был как раз тем преподавателем, по которому все девушки воздыхают и мечтают. Лисса на подобные откровения со стороны сокурсниц лишь фыркала, соглашаясь с его красотой, но считающая, что для влюбленности этого маловато.

Аритмий Виссарионович представлял собой уже далеко немолодого телом, но порой готового до проказ седовласого старца с длинной бородкой. Лисса в принципе не могла припомнить хоть одного старца без бородки.

Мода чтоли у них такая или показатель статусности?

Афрониата Исааковна была женой ректора и по-совместительству его заместителем. Они работали бок о бок много лет и ничего кроме работы их не связывало, пока в определенный момент Фроня (ее так звали студенты между собой) не взяла отпуск и не свалила куда подальше, да еще и на целый месяц. То ли ей гадалка посоветовала, то ли той действительно нужно было отдохнуть от всех чад этого адского университета, но этот ее поступок заложил ее новое будущее. Через месяц нервотрепки без такого незаменимого сотрудника, а она даже знала, когда и какой чай он пьет, в каких пропорциях, Аритмий встретил ее на пристани с цветами и уже больше не отпускал. В целом, эта парочка была идеальна, если судить по их одинаковому взгляду на большинство вещей.

Каждый что-то хотел от нее и требовал и уговаривал, говорили наперебой, перебивая друг друга и иногда обрываясь на получлове, что Лиска из сказанного ничего не понимала. Она была как раз с ночи, подрабатывала заводилой в баре и с трудом вообще стояла на ногах. Мысли витали вокруг теплой постельки, горячего душа и вкусного завтрака из омлета с молочком. Это, как минимум. Поэтому сонно кивала в виде универсального ответа на все вопросы и уговоры и обязалась исполнить поставленные задачи в лучшем виде. Опять наверное в город отправят, у них что наказание, так отправка на дежурство в город, размышляла девушка.

— …. посему мы решили, что твоя кандидатура подходит лучше всех на эту роль. Вот шкатулка. Собирайся и выезжай прямо сейчас.

Тааак. Куда выезжать и зачем нужна шкатулка? Лисса встряхнулась и распахнула свои зеленовато-серые глаза. Но ее уже втроем выпроваживали за дверь, впихнув в руки шкатулку. Она открыла рот, но сказать ничего не успела.

— Деньги на дорогу возьмешь у счетовода в монетной комнате.

Очень хотелось задать много вопросов, но лишь удалось носом встретить запертую дверь. Хорошо, пинка не поддали для ускорения. Стучаться очень не хотелось.

— Оооотлииично, — пробормотала она. — Подрядилась непонятно на что. Непонятно куда. Непонятно зачем.

Лисса пошла в монетную комнату на первом этаже. Как раз была перемена и многие студенты встречались ей на пути в коридоре, кто с книжкой в преддверии зачета, кто с булкой, кто со счетами. Ох уж булочку бы скушать не мешало, потекли у нее слюнки.

— Эй, рыжая, — крикнули ей сзади.

Лиска обернулась. На весь университет было всего три рыжих девушки, но так обращались только к ней.

— Привет лиса, — подбежал к ней круглолицый паренек по имени Влас.

— Привет, коряжка, — моментально среагировала она. К прозвищу рыжей лисы она уже привыкла, да и даже приятно было, но отпор давать также уже было в привычке.