Дальнобой. Часть 1. Менты

Доро́га – путь сообщения для передвижения людей, прогона скота и транспорта. (Википедия).

Думаю, именно огромные расстояния между населенными пунктами нашей Родины и определяют наше особое мироощущение. Пока едешь сутками, успеешь хорошо обдумать любое дело или даже поменять свое решение. А уж если попал в дороге в буран или лошадь (автомобиль) пала, а ты остался жив, то и вовсе запросто хочется простить всех своих близких и даже врагов.

В девяностые довелось мне поездить в дальнобой, целый пяток лет. На оптовой базе я работал, возили продукты. Откуда возили? Из Москвы, конечно. Еще с Советского Союза пошло, что весь стратегический продуктовый резерв в Москве находился, чтобы значит кормить москвичей во время войны. Ну, а при Ельцине все финансовые и грузовые потоки стали замыкать на Москву. Жизнь тогда после драконовских Гайдаровских реформ в стране замерла. А Москва, она и в святые девяностые жила неплохо. И тянулись в Москву по всем федеральным трассам М – нынешним дорогам жизни – караваны грузовиков. По трассе М-1 "Беларусь" и трассе М-10 «Россия» шли европейские красавцы-фуры, всякие Мерседесы, Маны, Вольво, завозя в Первопрестольную различную европейскую и американскую снедь: знаменитые американские окорочка, немецкие, финские, польские йогурты и сыры, датские кексы и колбасы, голландское пиво, итальянские макароны, венгерские и болгарские кетчупы и консервы… По М-4 «Дон» с Новороссийской паромной переправы турками завозилось турецкое печенье, растительное масло, иранская томатная паста. Поначалу турецкие машины вызывали смех – американские и европейские грузовики модельного ряда пятидесятых-шестидесятых годов. Но, видать, прибыльное это было дело – кормить Россию, и не прошло и нескольких лет, как смуглых улыбчивых турок на дороге стало не отличить от европейцев. Пересели они на новенькие флагманы европейского автопрома. Москва аккумулирует на советских складах эти потоки, сортирует и начинает реализовать. В московские супермаркеты, московские продуктовые рынки, рестораны и в регионы, конечно. Поэтому тянутся в Москву по остальным федеральным трассам, коптя вонючим солярочным чадом, изделия отечественного автопрома – Камазы и белорусские СуперМазы. На развилках возле МКАДа возникают стихийные стоянки автомобилей, называемых по советской старинке УТЭПами, самая большая на Каширском шоссе – тут стоят автомобили с Воронежскими, Ростовскими, Краснодарскими, Ставропольскими и всех республик Северного Кавказа номерами трассы М-4 "Дон". На Рязанском УТЭПе автомобили с Заволжья, Урала и всей Сибири. На трассе М-10 «Россия» машины Северо-Западного региона. УТЭП расшифровывается как узловое транспортно-экспедиционное предприятие. В Советское время холостой пробег автомобилей не допускался и, допустим, привез водитель из Ставрополья в Москву фрукты, выгрузился и должен следовать на УТЭП, где его запросто могут загрузить ботинками Московской фабрики имени «Парижской коммуны», которые надо везти в Киев. После разгрузки в Киеве, водитель попадает на Киевский УТЭП, который может его отправить с продукцией радиоаппаратуры, скажем, в Махачкалу. Так он в рейсе постоянно находится месяц. Экономика, однако. Ныне же сильно повезет, если у тебя -частника есть груз в Москву, потому как из Москвы ты завсегда клиента себе найдешь. Москва торгует, жиреет на убогой бедности провинции, называемой москвичами регионами.

Представь: у тебя есть груз в каком-нибудь московском «Внешпродукте» и тебе надо его отвезти в южный Н-…ск. Ты приезжаешь в Москву и сразу направляешься на УТЭП, где стоят сотни автомобилей. Разбитные водилы, прячущие за напускной развязностью надежду в поиске клиентов. Было время, они галдящей толпой окружали тебя, как цыгане, крича и размахивая руками:

– Куда надо, земеля?

– Груз какой? Документы есть?

– Сколько платишь?

– Сколько?

– Н–…ск – это недалеко две монтировки по карте.

– Так сколько? Э, да за такие деньги, что ты платишь, я тебе на карте не покажу где твой сраный Н–…ск находится!