Дьявол в синем

Джой Кельман, Фредерику Татену и Лерою Мосли...

Я был удивлен, увидев в дверях бара Джоппи белого человека. Но меня удивило не только то, что это был белый, но также и то, как он был одет: светлый полотняный костюм, белая рубашка, соломенная шляпа, шелковые носки ослепительной белизны и ботинки цвета слоновой кости. Лицо бледное, почти без морщин, с редкими веснушками, из-под шляпы торчала прядь рыжеватых волос. Человек стоял на пороге, заполнив собою весь дверной проем, пристально оглядывая сидящую в баре публику. Мне никогда не приходилось видеть таких бесцветных глаз. Когда его взгляд задержался на мне, я испытал неподдельный страх, который, впрочем, быстро прошел: к 1948 году я уже привык к белым людям.

Я провел среди белых пять лет – и в Африке, и в Париже, и в Италии, а потом снова здесь, в Штатах. Я рядом с ними ел и спал и поубивал немало голубоглазых парней. И убедился, что они боятся смерти так же, как и я.

Белый человек улыбнулся мне и прошел к стойке, где Джоппи, по обыкновению, драил ее мраморную крышку. Они пожали друг другу руки, как старые друзья.

И тут меня ждал очередной сюрприз: я увидел, как Джоппи вдруг занервничал. Крутой малый, бывший боксер-тяжеловес, он чувствовал себя как дома на ринге и в уличной драке, но тут как-то сразу сник и улыбался этому белому, словно торговец, от которого отвернулась удача.

Я положил доллар на стойку и собрался уходить, но не успел слезть с табурета, как Джоппи окликнул меня:

– Подожди, Изи. Я хочу вас познакомить.

Я ощутил на себе взгляд бесцветных глаз.

– Это мой старый друг, Изи. Мистер Олбрайт.

– Ты можешь звать меня Де-Витт, Изи, – сказал белый. Его рукопожатие было крепким, но скользким, словно мою руку обвила змея.

– Привет, – сказал я.

– Да, Изи, – продолжил Джоппи, кивая и ухмыляясь. – Мы с мистером Олбрайтом давно знакомы. Он, пожалуй, мой самый старый друг в Лос-Анджелесе.

– Это верно, – улыбнулся Олбрайт. – Я встретил Джоппи, должно быть, в тысяча девятьсот тридцать пятом году. Сколько прошло с тех пор? Лет тринадцать. Это было до войны, еще до того, как здесь появились первые фермеры, в том числе и все их родственники.

Джоппи расхохотался в ответ на эту незамысловатую шутку, а я вежливо улыбнулся. Мне было интересно узнать, что связывало Джоппи с этим человеком и зачем я ему понадобился.

– Откуда ты родом, Изи? – спросил мистер Олбрайт.

– Из Хьюстона.

– Ах, Хьюстон. Теперь это приятный город. Я бываю там время от времени по делам. – На губах его мелькнула улыбка. Он не спешил перейти к делу. – А чем ты сейчас занимаешься?

Вблизи глаза Олбрайта были похожи на яйца малиновки – тусклые и матовые.

– Еще два дня назад он работал в фирме "Чемпион эйркрафт", – ответил вместо меня Джоппи. – Его уволили.

Мистер Олбрайт скривил розовые губы.

– Это ужасно. Крупным компаниям в высшей степени наплевать на вас. Когда у них возникают финансовые трудности, они выгоняют на улицу десяток семейных рабочих, и все. У тебя есть семья, Изи? – Олбрайт говорил, слегка растягивая слова, как процветающий джентльмен с Юга.

– Нет, я один, – ответил я.

– Но они-то этого не знают. Да если бы и знали, что у тебя, к примеру, десяток ребятишек и еще один на подходе, все равно выгнали бы.

– Что правда, то правда! – воскликнул Джоппи. Голос у него скрипел, как гравий под ногами марширующих солдат. – Владельцы больших компаний даже в глаза не видят тех, кто на них работает, знай только справляются по телефону, как обстоят дела с прибылью. И чуть что, сразу же летят чьи-нибудь головы.

Олбрайт рассмеялся и похлопал Джоппи по плечу:

– Почему бы тебе не предложить нам чего-нибудь выпить, Джоппи? Мне, например, скотч. А ты что предпочитаешь, Изи?

– Как обычно? – спросил меня Джоппи.

– Конечно.

Когда Джоппи отошел, мистер Олбрайт повернулся лицом к залу и огляделся по сторонам. Он то и дело оглядывался, слегка отвернувшись от стойки, как бы проверяя, что там происходит. Впрочем, там ничего не происходило.

Маленький бар Джоппи помещался над мясной лавкой, его завсегдатаи были мясники-негры. В это время дня они хлопотали в своих лавках, поэтому в баре было пусто. Бар, казалось, насквозь пропитался запахом гниющего мяса, который только и могли вынести разве что мясники-негры.

Тем временем Джоппи принес виски: скотч для мистера Олбрайта и бурбон со льдом для меня. Поставив стаканы на стойку и обращаясь ко мне, Джоппи сказал:

– Мистер Олбрайт ищет человека для небольшого дельца, Изи. Я сказал ему, что ты нуждаешься в деньгах, чтобы выкупить закладную.

– Да, такому положению не позавидуешь. – Мистер Олбрайт снова покачал головой. – Хозяева солидных фирм не ценят и даже не замечают работников, которые выкладываются на полную катушку.

– А Изи к тому же постоянно стремится постичь что-нибудь новенькое. Он только что получил свидетельство об окончании вечерней средней школы и теперь грозится поступить в колледж. – С этими словами Джоппи снова принялся драить мраморную стойку. – А ведь он – герой войны. Добровольно записался в армию Паттона. Повидал немало крови.