Чужое счастье

Утро выдалось хмурым, но это было даже к лучшему: природа словно подстроилась под настроение Эмери Прескотт, которое и не могло быть хорошим, потому что спозаранку в замке грохотала музыка самого неприятного для нее направления — «спид-металл» или «трэш», она даже точно не знала, как называется эта зубодробильная какофония. Ей было достаточно и того, что долго слушать столь дисгармоничный звуковой поток нормальному человеку невозможно.

Но парень, который им наслаждался, и не принадлежал к категории нормальных людей, во всяком случае такого мнения придерживалась о нем Эмери.

Речь шла об Айки, младшем брате Лекса Сеймура, появившемся в замке три дня назад и с тех пор только тем и занимавшемся, что изводившем Эмери. Собственно, для того он и приехал сюда из Огасты, узнав, что именно здесь находятся сейчас Эмери и Лекс. По-видимому, мысль об их совместном пребывании под одной крышей сводила парня с ума. А так как решительности — которую Эмери рассматривала как обыкновенное нахальство — ему было не занимать, он, недолго думая, прямиком направился в замок Мэлорн с намерением обосноваться там на тот же срок, на который рассчитывал Лекс. И его ничуть не смущала безусловно известная ему пословица про незваного гостя. А так как Лекс сам понятия не имел, сколько времени ему придется оставаться в стенах замка, то можно себе представить, какому испытанию подвергалось терпение Эмери: она уже поняла, что ровно столько вознамерился пробыть здесь и Айки.

Строго говоря, сейчас в ее замке находился не один, а два гостя, которых она не приглашала. Первым, разумеется, был Айки, вторым — Лекс. Вернее, наоборот, если вести счет в хронологическом порядке. Потому что первым приехал Лекс. Если бы не он, никакого Айки здесь не было бы и близко.

Эмери раздражало присутствие обоих, но присутствие Айки — во сто крат больше. По сравнению с ним Лекс был если не ангелом, то уж точно более сносным компаньоном. По крайней мере грохота от него было гораздо меньше. Единственным издаваемым Лексом шумом был стук молотка, с помощью которого тот вбивал в рамы мелкие гвозди. Все окна замка были затянуты дымчатой полиэтиленовой пленкой, что хоть и защищало комнаты от солнца, пыли и непогоды, все же делало жизнь довольно неудобной. Обнаружив в подвалах замка закупленные в большом количестве стройматериалы, в том числе оконное стекло, Лекс решил вставить его в рамы двух спален, в одной из которых разместилась Эмери, в другой — он сам.

Замок Мэлорн вообще пока еще оставался непригодным для жизни. В нем отсутствовало все, кроме электричества и водопровода. И если летом и ранней осенью здесь еще кое-как можно было существовать, то в остальное время года подобное исключалось. Без отопления вряд ли кто-то смог бы продержаться зиму — так считала Эмери, не верившая, что можно хорошо обогреть помещение с помощью камина. Разумеется, она понимала, что прежде — еще до наступления эпохи центрального отопления — обитатели замка так и жили, однако сама бы не рискнула подвергнуться такому суровому, с ее точки зрения, испытанию.

В неустроенном состоянии средневековый замок Мэлорн пребывал по той причине, что еще каких-нибудь семь лет назад его вообще не было на этом месте. На первый взгляд получался парадокс: замок средневековый, но семь лет назад его еще не было! В действительности же дела обстояли довольно просто, потому что весь упомянутый период — и несколько веков до того — древняя постройка существовала, только находилась совсем в другом месте.

В свое время отцу Эмери, Ральфу Прескотту, предки которого по материнской линии являлись выходцами из Шотландии, случайно попалось в Интернете объявление о продаже замка, владелица которого, дама в возрасте, не может содержать его надлежащим образом.

Поначалу самым примечательным для Ральфа было то, что объект продажи находится на его исторической родине и даже неподалеку от деревни Эздайр, где до сих пор жили люди, носящие фамилию Маккриммон. То есть ту самую, что принадлежала бабушке Ральфа. Деревня же располагалась в относительной близости от Форт-Вильяма. В этом городе Ральф бывал неоднократно. Посетив его однажды, возвращался вновь и вновь, покоренный романтическими пейзажами Западного Хайленда. Останавливался в какой-нибудь из трех полюбившихся гостиниц, одна из которых, кстати, представляла собой настоящий замок, некогда выстроенный местным лордом по соседству с руинами крепости, датируемой XIII веком.

Вспомнив об этом отеле, Ральф открыл на сайте снимок выставленного на продажу замка. Ему пришло в голову, что он, возможно, бывал в окрестностях этого замка и видел его лично. Однако надежды не оправдались: на фото было изображено незнакомое строение. Зато какое красивое! Даже не будучи специалистом в области архитектуры, Ральф понял, что перед ним замечательный образец старинного строительного искусства.