Чудовище всегда остается чудовищем (СИ)

— Ведьмак! — в дверь каюты громко постучали, — Капитан велел передать, что через час мы войдем в порт.

— Спасибо, — ответил Сарет.

Он застегнул ремень с простой пряжкой на кожаных штанах, намотал портянки на ноги и поочередно обул высокие крепкие сапоги с наполовину стёсанными каблуками. Поверх холщовой, с застарелыми желтыми пятнами под мышками, но стиранной, со шнуровкой у горла рубахи одел зашитую в нескольких местах кожаную куртку со вставками из более толстой кожи на локтях и плечах. Прицепил ножны с пятнадцатидюймовым кинжалом к поясу. Несколько мгновений смотрел на серебряный медальон с отчеканенной ощерившейся мордой кота, а потом спрятал его за пазуху и застегнул воротник. Он еще не знал, как относятся к таким, как он в том месте, в которое он направлялся.

Остальные вещи Сарет собрал еще вечером, и уложил в почти пустой походный мешок, бесформенным кулем, лежавший на койке. К нему сбоку надежно был привязан ремешками продолговатый сверток из холстины, горловина которого перетянута тесьмой, предохраняющей от непогоды. Оберегала, чтобы влага не попадала внутрь.

Ведьмак еще раз проверил, как привязан сверток, нежно проведя по нему рукой, подхватил мешок, закинул его на плечо и направился к выходу. У самой двери он остановился и в последний раз посмотрел на каюту, что месяц была ему домом на шхуне.

В каюте отсутствовало освещение, на протяжении всего плавания он не пользовался свечами, и сейчас это не мешало его измененным глазам рассмотреть жесткую узкую койку у стены, письменный стол и табурет. В помещение, что любезно предоставил ему капитан Нэддрад Хагторп, не было ни полок, ни шкафов, ни сундука под кроватью, единственное удобство стояло в углу в виде ведра, которое опорожнял Сарет при его малейшем наполнении. Но ведьмаку, не раз ночевавшему за свою долгую жизнь под открытым небом, каюта показалась царской палатой. Он был благодарен капитану, ведь тот мог и на палубе его оставить ночевать, как например тех переселенцев, ищущих новой жизни на той стороне Великого Моря. Хотя, Сарет подозревал, что подобная щедрость капитана объяснялась тем, что тот не желал лишней нервозности у команды шхуны. В каюте Сарет целых тридцать дней чувствовал себя уютно и, наверное, спокойно, стараясь без лишней нужды на людях не появляться.

И еще в ней отсутствовали вши и блохи.

Сарет поднялся на палубу и кроме шума волн, бьющих о корму корабля, крика чаек и ругани матросов, его встретила сильная морось дождя. Ведьмак поморщился, чувствуя, как капли маленькими льдинками ударили в лицо и пожалел, что не озаботился обзавестись плащом с капюшоном в Новиграде.

Капитан Хагторп стоял на носу шхуны, положив левую ладонь на эфес морского палаша с прямым и широким клинком, висевшего на ремне, опоясывающего кожаный камзол, и задумчиво глядел на приближающийся порт приморского города Амбрехт, предоставив управлять кораблем старшему помощнику.

Не раздумывая, ведьмак направился к нему, обходя собирающих свои пожитки пассажиров, накрытых плащами грузы и суетящихся матросов.

— Капитан, — поприветствовал хозяина шхуны ведьмак.

Высокий и худощавый реданец вздрогнул, услышав бесцветный, но не лишенный красивой хрипотцы, голос Сарета.

С Нэддрадом Хагторпом ведьмак познакомился, когда тот еще был помощником капитана небольшого шлюпа «Водомерка», восемь лет назад. Команда занималась транспортировкой грузов из Долины Понтар по одноимённой реке до Новиграда. И не всегда их работа была законной, чаще всего перевозили контрабандные товары. Однажды «Водомерка» подрядилась переправить небольшой груз с мест раскопок мертвого города Лок Муинне. Археологи щедро оплатили их услуги, и обещали вдвойне заплатить, когда корабль прибудет в Бан Глеан. У капитана даже вопросов не возникло, откуда у простых ученых столько денег и зачем им вооруженная охрана, состоящая из людей с чисто бандитскими рожами. Во время транспортировки, как потом рассказал Нэддрад, самый любопытный матрос заглянул в один из ящиков, чтобы чем-нибудь поживиться, и выяснил, что на самом деле это были не археологи Оксенфурта, а расхитители гробниц, которое грабили запретные катакомбы мертвого города вранов. Началась потасовка, кто-то уронил какой-то артефакт, и «Водомерку» накрыло заклятие змееглавов. Волей случай, на дрейфующий по реке шлюп наткнулся ведьмак, ловивший рыбу себе на обед. Тогда он испытывал трудности с заработком, тяжко было с контрактами. Судно было покрыто льдом, и, осмотрев трюм и палубу, он обнаружил только заледенелые фигуры членов команды корабля. Ученых и их охранников будто и не было никогда на шлюпе. Сарет сразу разобрался, что случилось, но его опыта хватило, чтобы снять заклятие только с помощника Хагторпа, первого кто из команды попался под руку. Они смогли повернуть корабль обратно в Лок Муинне, и как только сгрузили на берег все награбленное, проклятие спало и команда «Водомерки» оттаяла. А следов «археологов» так никто и не нашел.