Чужак 7

.

.

Султан Рашид с легкой усмешкой смотрел через полупрозрачную занавеску на гостей, которые неторопливо передвигались по громадному залу. Очередное торжественное действо, посвященное не менее очередному дню рождения султана, находилось в самом разгаре. Ни одна страна на Сатуме не могла позволить себе проигнорировать это событие, да и с Ритума прибыло много гостей.

– Отец, – в комнату, расположенную рядом с залом, зашел черноволосый мужчина. – Вы звали меня?

– Садись рядом со мной, Джайд, – сказал султан. – Что скажешь о моих гостях? Какое у них настроение? О чем вообще они говорят?

– Отец, – принц сел рядом со стариком. – В последние годы Вы стали нетерпеливы, – улыбнулся Джайд. – Неужели Вы не можете подождать доклада Вашей тайной стражи? Слуги, которые разносят напитки и еду, скоро дадут полный отчет начальнику Вашей тайной стражи. Моих любимых братьев вряд ли обрадует то, что Вы уделяете мне повышенное внимание на своем тезоименитстве.

– Мне мало осталось, Джайд, – усмехнулся султан, – не хочется терять время. А что касается моих сыновей, твоих братьев, которые так дороги тебе, то они и без того косятся на тебя. Не совершай моей ошибки, Джайд. Никакая политическая целесообразность не стоит смуты в султанате после твоей смерти. Жаль, что я это понял слишком поздно. У тебя должна быть только одна жена, тогда среди твоих сыновей не будет такой иступленной ненависти друг к другу. Хотя и у северян бывают проблемы с переходом власти от отца к сыну. Рассказывай, Джайд.

– Отец, – начал принц, – боюсь Вас огорчить. Тема Вашего здоровья и всего остального не вызывает как обычно повышенного интереса среди Ваших гостей. Почти никто не обсуждает главный в последние годы вопрос, мол, сколько еще осталось жить этому старому стервятнику?

Султан расхохотался.

– Большинство, – продолжил принц Джайд, – активно интересуется друг у друга об одном известном Вам событии на Ритуме. Я неправильно выразился, отец. Большинство послов и лиц королевской крови в вежливой форме атакуют Ваших гостей с Ритума. Но и те не особо знают подробностей резни, которая была проведена рейнджерами одиннадцать дней назад. Был рейд под руководством Далва Шутника, а почему и зачем – пока неизвестно. Эльфы не распространяются о причине бойни, а дозоры егерей Драконьего хребта видели только последствия рейда Шутника. Великий герцог Киралы, который знает причину резни, набрал в рот воды, заперся в замке и окружил себя стеной телохранителей. В кои веки Ингар эл Кирала не соизволил присутствовать на Вашем дне рождения. С уверенностью можно утверждать одно. Только Вы и я, кроме руководства гильдии рейнджеров и наверняка гильдии охотников, знаем полностью историю, которая привела к силуиэнской резне. Я …

– Джайд, – прервал принца султан. – Ты опять неправильно выразился. Мы знаем только то, что рассказал нам Далв. В этой истории есть некие моменты, которые он опустил или изящно обогнул. Далв – хитрая бестия. Одна его идея о турнире менестрелей чего стоит! А детали проведения турнира, которые он обрисовал в своем послании, вызывают у меня восхищение. Кстати, про заклинание, которое Шутник называет «Голливуд», никто из магов султаната даже не слышал. Ты правильно догадался насчет гильдии охотников. Рейнджеры наверняка уведомили о пред158стоящей акции своих собратьев и заручились их поддержкой. Но ты зря скидываешь со счетов королевские дома Литии и Мелора. Как долго герцогиня эл Чанор не появлялась в Теоле после твоего неудачного сватовства? А присутствие на празднике старой кобры говорит только о том, что и Ловия Литийская что-то знает о произошедшем событии. Скоро информация просочится, и мы потеряем возможность удивить и заставить задуматься об истинных возможностях султаната Айра наших гостей. Да и отстанет наконец-то от меня глава Торговой палаты. Надоел он мне хуже чеснока. Каждые три дня он является во дворец с отчетом и ненароком выспрашивает о неких событиях, которые недавно произошли в Зеркальной пустыне. Пора начинать турнир, Джайд. Посмотри его вместе со мной.

Султан шевельнул рукой и один из воинов, находящихся в комнате, склонил голову и вышел. Через несколько секунд в центр зала вышел вельможа и поднял руку, легкая музыка, которую непрерывно играли музыканты, стихла. Гости с недоумением начали смотреть на наглеца, который посмел нарушить протокол проведения мероприятия, который утвердил еще прапрадед султана Рашида. Более четырехсот лет он оставался неизменным.