Что там впереди, за поворотом?

повесть

Писатель начал бы эту повесть так:

«Кресло стояло у окна. Подоконник украшала набитая окурками пепельница, оттого похожая на ежа с толстыми белыми иглами. Кресло современное, низкое и, сидя в нём, человек видел в окно лишь крышу магазина напротив с огромной вывеской «Овощи». По вечерам буквы на вывеске светились ярким зелёным огнём.

Но овощи овощами, и сейчас они не вызывали у человека никаких особых ассоциаций. Человек думал о том, что два раза не живут, но есть люди, которые не умеют прожить даже этот единственный раз.

А что значит уметь жить? Кто объяснит это? Герои библиотечки ЖЗЛ? Папа римский? Просто папа, мама? Вы? Ты? Или ты?.. Потому что каждый житель земли охотно поспешит растолковать вам сию премудрость, и каждый по-своему. Только успевай мотать на ус. Но на земле скоро будет четыре миллиарда человек. Жизни не хватит выслушать всех. Слишком дорогой университет и... бесполезный.

Но должен же человек что-то делать сегодня, завтра, через неделю, месяц, год, годы, чтобы оставить после своей смерти если не памятник, то добрую память у людей...

Со стены на человека смотрели очаровательные звёзды мирового экрана. Они-то знали, что значит уметь жить, и потому беззаботно улыбались.

По вывеске магазина несколько раз пробежал зелёный ручеёк света. И когда ручеёк успокоился, он заполнил лишь две буквы «...щи» – всё, что осталось от овощей.

Человек грустно улыбнулся…»

Не правда ли, супермодное начало – ритмично, задиристо, напряжённо. Потом можно было бы и поспокойнее, и я расскажу, о чём. Но Марта решила охладить мой пыл:

– Саша, писателям не до тебя. Во-первых, писать о том, что люди видят и делают каждый день, очень трудно. Превращать будни в праздники умеют лишь волшебники, но волшебников мало, а работы у них много. Во-вторых, книга о сегодняшнем дне выйдет года через два–три. За это время много воды утечёт, вода смоет многие проблемы; ружьё не выстрелит – порох отсырел.

– А я на что?

– Ты? – испугалась Марта.

– Ну, бывают же самодеятельные поэты, композиторы, художники, певцы, а кто мне может запретить?..

– Никто, Но я что-то не слышала о самодеятельных писателях, как и о самодеятельных врачах.

– Сравнила, – возмутился я, – в руках врача – жизнь человека.

– Какой умница! А тебе ничего не говорит выражение «инженеры человеческих душ»?

Попробуем разобраться.

Волшебников мало, работы у них много – это раз. Ружьё не выстрелит – два, сюда ещё напрашивается поговорка о хвосте кота. Тоже верно. Самодеятельных писателей нет – три. В этом я не очень уверен.

Итак, попробуем обойтись без художников слова.

Тогда всё упрощается.

КУДА ВЫ СПЕШИТЕ?

Есть пепельница. В ней окурки. Естественно, в комнате можно вешать топор, даже два. Есть кресло. В кресле сижу я и уже полдня «плюю в потолок». Ещё есть кой-какие мысли, не стройная система умозаключений, а так – винегрет. Я никак не найду точку, от которой можно начинать плести красивую сетку идей. Нужен толчок.

Семнадцать сорок пять....

Семнадцать пятьдесят пять...

«В жизни никогда не было тишины и не будет, потому что тишина – признак смерти», – изрекла однажды Марта. Мой сосед каждый вечер иллюстрирует эту мысль: в шесть часов включает свой магнитофон...

Восемнадцать ноль-ноль... Аве витае!

Сегодня репертуар обычный. Под звон и мяуканье электрогитар орут «битлы». За десять лет своего музыкального напора эти лохматые мальчики из Ливерпуля с огромным успехом оглушили весь мир. Но люди вытерпели муки творчества этой шумной четвёрки, вытерплю и я. Тем более что ждать остаётся недолго. В половине восьмого с работы приходит жена соседа, и тогда зазвучит добрая старая классика...

.... Так и есть.