Что такое любовь? (СИ)

Лёгкий ветерок, проникавший в приоткрытое окно аудитории, витал между студентами и задорно поигрывал с волосами парней и девушек, моих одногруппников, которые задумчиво склонили свои головы над индивидуальными тестами и решали задания. Шла контрольная работа по философии и в помещении стояла идеальная тишина, нарушаемая лишь иногда еле слышной поступью шагов преподавателя, ходившего между рядами парт и наблюдавшего за своими учениками.

Списать практически невозможно… да и мне это не нужно. До конца пары осталось всего минут десять-пятнадцать, не знаю точно, ведь висевшие на стене часы давно уже остановились, а перед началом занятия мы все сдали свои телефоны в пластиковый кейс, который сейчас расположен на столе у Андрея Викторовича Остапова, великого учёного и, по совместительству, нашего преподавателя.

Хороший мужичок, разумеется, когда в хорошем настроении. Хе-хе. И лучше не иметь такого врага.

Переведя обратно свой взгляд на листок бумаги, лежавший на парте прямо передо мной и исписанный почти до конца, я задумалась над предпоследним вопросом.

«Как вы считаете, какая из добродетелей более всего присуща человеку и почему вы так считаете? И нужно ли следовать в жизни своим принципам, живя по указаниям разума?»

Вопрос на засыпку, конечно, но что я хотела, поступая на психолога? Здесь иного от нас и не ждут, кроме как логики, лукавой игры разума над сознанием других людей, полного контроля своих эмоций и чувств, а также умения считывать поведение окружающего нас общества, так как без этого нельзя.

Мы люди науки, люди анализа и характеристик, а значит, должны жить так, как указывает нам наш разум… Разум, закованный в стальные обручи жестокого самоконтроля.

Написав ответ снизу, в специальной графе для ответа, я быстро записала ответ и на другой, последний вопрос. Выдохнула спокойно. Надеюсь, не завалила эту контрольную, ведь хорошая оценка мне нужна как никогда — на носу висит диплом.

Ага, диплом… с темой для которого я ещё даже и не определилась. Как всё сложно…

— До конца занятия пять минут! — взглянув на свои наручные часы, проговорил Андрей Викторович и прошёл в сторону своего стола. — Поторопитесь и ровно со звонком сдайте мне свои работы.

По аудитории прокатились удивленные шепотки ребят, которые не заметили, как быстро пролетело время, и со всех сторон послышалось усердное пыхтение. Кто-то дописывал буквально последние строчки, ну а кто-то не дошёл даже и до последних трёх вопросов из общего количества двадцати.

По прошествию пяти минут я встала со своего места, собрала вещи и, прихватив листок с ответами, двинулась с центрального ряда в сторону преподавателя. Положила контрольную прямо перед ним.

— До свидания!

— До свидания, Крылова! Очень рад, что и сегодня вы справились с работой в числе одной из первых. Ваши результаты меня приятно удивляют.

— Благодарю, — смущённо кивнула я и, бросив последний взгляд в сторону своей группы, покинула аудиторию. Только за её пределами спокойно выдохнула и радостно улыбнулась. На сегодня пары закончились, а значит сейчас прямиком домой. К своему Чеширику…

В большом вестибюле первого этажа было слишком многолюдно, ну а на проходном пункте небольшими кучками столпились студенты, дожидаясь своей очереди, чтобы пройти через турникет и, наконец, вкусить свободы апрельского тёплого денёчка. Я была одной из них.

На улице приятно грело солнышко и я невольно подставила своё лицо навстречу этим ласковым лучикам, неосознанно замедляя шаг и наслаждаясь каждой проведённой минутой.

— Аляяяяяяяя! Подожди! — откуда-то со стороны послышался очень знакомый голос подруги и я остановилась, осматриваясь по сторонам в поисках девушки. В моём направлении очень быстро двигалась прекрасная, рыжеволосая кокетка по определению, вот только на её лице… застыла гримаса боли, а по щекам была размазана потёкшая тушь.

— Что такое? Что случилось?! — быстро сократив между нами расстояние, встревожено поинтересовалась я и торопливо осмотрела девушку, пытаясь понять, что с ней стряслось. — Марина, твою матушку! Ты язык проглотила?

— Я… я… нет! Нет! — путалась Леонова, желая что-то связно сказать, но сквозь рыдания это у неё выходило не очень хорошо.

— Так, дыши! — прижимая девушку в крепких объятиях к себе, утешала её я. — Сейчас мы с тобой поедем ко мне домой и ты мне обо всём подробно расскажешь.

— Х-хорошо, — заикаясь, согласилась Маришка, но постаралась маломальски взять себя в руки и вытерла мокрые дорожки от слез, ещё больше размазывая косметику.

Я сочувственно достала из сумки влажные салфетки и протянула их девушке.

Та благодарно посмотрела на меня, привела себя в относительный порядок и мы отправились в сторону остановки. Я подхватила Леонову под руку, больше пытаясь успокоиться самой, ну и, заодно, помочь подруге. Глубоко вздохнула, вновь овладевая над своими мыслями.