Что скрывается за чертополохом (ЛП)

Группа: vk.com/yourbooks12

Переводчик: Алла Х.

Редактор: Анна К.

Вычитка и оформление: Виктория К.

Обложка: Виктория К.

Четырнадцать месяцев назад

Если бы я сказала кому-то, что меня тошнит от пальм и солнечного света, то меня бы сочли сумасшедшей, тем более что многие характеризуют меня как жизнерадостного человека. Однако с четырнадцати лет тошнота от однообразия бесконечного лета не проходила. С самого детства отец привил мне вкус к путешествиям, и это всегда заставляло жаждать чего-то иного. Быть где угодно, только не в Лос-Анджелесе.

Знаете, как говорят: в чужом саду трава всегда зеленее. В моем случае это буквально. Трава в моей части города желтая и пожухлая. Не только из-за засухи, но и из-за отсутствия у жителей времени и средств, требующихся для ухода за газоном.

Никогда в жизни мне не хотелось так сильно оказаться где-то еще, чем когда я остановилась перед дверью своей квартиры и увидела прикрепленное к ней уведомление о выселении.

— Вы, должно быть, шутите, — хрипло прошептала я, зажимая переносицу, чтобы остановить слезы.

Ошеломляющее бессилие угрожающе нависло надо мной. Я боролась со стискивающей грудь паникой, думая о маленькой девочке по ту сторону двери. Видела ли она это? Или Хуанита скрыла от Келли правду? В глубине живота поселился ужас. Пусть моя Келли казалась застенчивой тихоней, но она схватывала все на лету и ничего не упускала. Из-за этого было чрезвычайно трудно пытаться оградить ее от наших дерьмовых жизненных обстоятельств. Но я была настроена решительно.

Собравшись с духом и стараясь не дать желудку вывернуться наизнанку, я сдернула с двери уведомление о выселении.

Сегодня меня уволили с должности администратора, ради приема на которую мне пришлось солгать. Коллега, которая с самого начала была настроена против меня, увидела в моем резюме информацию об опыте работы администратором в другом кастинговом агентстве. Она знала кого-то в упомянутом агентстве, и там ей сказали, что никаких данных о моей работе у них не имеется.

Итак, меня уволили, хотя я была более чем компетентна в своей должности. Да, я знала, что лгать плохо, но когда ты мать-одиночка, то пойдешь практически на все, чтобы заработать достаточно денег и обеспечить своему ребенку крышу над головой. От меня не ускользнула ирония увольнения из кастингового агентства за ложь в резюме. Агентства постоянно лгали в резюме своих клиентов.

Остаток дня я провела, расходуя большую часть бензина, заправку которого не могла себе позволить, на разъезды по объявлениям о вакансиях, найденных в Интернете. Из десяти должностей на одну — администратора салона красоты — мне предложили пройти собеседование. Я согласилась, хотя там платили намного меньше, чем я зарабатывала в агентстве, а я уже и так просрочила плату по квартире.

И вот в моей руке уведомление о выселении.

Я задолжала по аренде даже за одну из самых дешевых однокомнатных квартир, которую мне удалось найти в районе Креншоу, где у моего ребенка даже не было собственной спальни.

Потому что мой бесполезный мерзавец бывший большую половину времени не помнил о нашем существовании.

В идеале я бы только обрадовалась, если бы он забыл о нас окончательно. Его репутация шла впереди него, а парень, с которым я по глупости занялась сексом в шестнадцать и от которого забеременела, стал теперь настолько опасен, что я едва его узнавала.

Но я все равно никогда не пожалею о своей Келли.

Вот только мне бы хотелось, чтобы у нее был другой отец.

Которого не приходилось бы выслеживать и выпрашивать у него деньги, хотя знание об источнике этих денег вызывало у меня тошноту. Но ради Келли я бы отбросила не только свою гордость, но и моральные принципы. Ради нее я пошла бы на все.

Поэтому я позвонила Стейси.

Разговор был короткий и резкий. После него я глубоко вдохнула, открыла дверь квартиры и вошла в студию. Днем здесь было светло, светло и просторно. Несмотря на то, что наши две односпальные кровати занимали половину пространства, мы старались придать квартире уют.

Отодвинув проблемы на задний план, я одарила дочку беззаботной улыбкой.

— Мама!

Келли отложила книгу и вскочила с кровати, спеша через всю квартиру, чтобы обнять меня.

Когда дочка прильнула головой к моей груди, а я обняла ее, меня наполнили любовь и решимость. Наклонившись, я поцеловала белокурую макушку. Когда она была младенцем, я испытывала к ней непреодолимую любовь, но и непреодолимый ужас тоже. Я сама была еще ребенком. Что я знала о воспитании дочери? За эти годы любовь выросла до невероятных глубин, а ужас стал управляемым, обостряясь в такие моменты, как этот.

Келли отодвинулась и посмотрела на меня той единственной прекрасной чертой, которая досталась ей от отца, — огромными, великолепными голубыми глазами.

Я убрала волосы с ее лица.

— Как прошел твой день, малышка?

— Я выиграла конкурс по правописанию. Мисс Фрэнсис считает, что мне следует присоединиться к школьной команде.