Что не пожелается…

Если возникнет желание выразить мнение по поводу происходящего на страницах книги или задать вопрос, сделать это можно в отзывах на или же в моем блоге на Яндекс.Дзен.

Приятного прочтения!

Елена Каштанова, автор

В канун нового, 2012-го года, мне не пожелалось многое. Но все оно со мной случилось. Очередной этап моей биографии начался с того, что мне на голову упал кот. Знаю, что это звучит как начало фантастического рассказа, но ничего с этим поделать не могу, эта тварь именно так и поступила.

А предыдущий этап закончился тем, что (опять цитата из того бездарного рассказа) "муж внезапно вернулся из командировки". Ключевое слово – внезапно. Потому что мужчины у нас в стране между собой браки не заключают, и вернулся я вовсе не из командировки, а от пристукнутой инсультом бабушки из моего родного провинциального городка средней России. Как так получилось, что из трех ее дочерей и семерых внуков (живущих, к слову, в одном с ней городе) оказалось некому за ней ухаживать, я не понял, не спрашивайте. Дэн сказал, это оттого, что на мне все всегда ездят, а я отказать не могу. Отказать я, может, и не могу, зато могу организовать что угодно очень быстро и безболезненно для всех заинтересованных сторон. Поэтому я довольно стремительно организовал бабушке сиделку из числа бедных родственниц одной своей бывшей одноклассницы, заплатив ей сразу сумму, на которую она рассчитывала, и пообещав еще столько же, если меня устроит ее работа. Благодарные глаза бедной родственницы заставили меня уверовать, что на три-четыре дня моего отсутствия бабушка в надежных руках, и я немедленно отправился в обратный путь, стремясь порадовать моего, как я считал, благоверного тем, что праздник мы все же проведем вместе.

Черт меня дернул устроить сюрприз из своего триумфального возвращения. В результате сюрприз получил я в лице двух голых тел, скрестившихся в настолько замысловатой позе, что "это-не-то-что-ты-подумал" не убедило бы даже слепоглухонемого капитана дальнего плавания. А я гордый и обидчивый. Вот. Потому дверью прихлопнул эту часть своего прошлого, вышел на крыльцо, закурил сигарету и начал обдумывать дальнейшую свою судьбу – то ли валить обратно к бабушке, то ли в срочном порядке искать компанию, то ли встречать Новый год в одиночестве. Но ничего додумать я не успел, потому что из подъезда вышла чья-то чужая бабушка и начала ворчать, что ходят тут всякие и курят на ее астматических внуков. Я, конечно, спорить не стал, молча отошел в сторону от крыльца и вот тут-то мне и прилетело в голову животное. Это судьба.

Сначала я услышал сверху душераздирающий вопль, но даже подумать об этом не успел, тут же получил удар по голове, от которого в глазах замелькали ярко-белые вспышки, а затем нечто мягкое сползло по моему лицу и шее, добавив к вспышкам жарко-острое жжение по всем открытым участкам кожи. Я сполз на снег вслед за нечтом и рукой постарался соскрести кепку с глаз. Безуспешно. Промахнулся.

Тут я, видимо, на несколько секунд потерял сознание, потому что следующее, что я помню, это большущие испуганные глаза мальчишки, взволнованно меня раскачивающего и вопрошающего, все ли в порядке.

– Не тряси, – морщась от плывущей вокруг реальности попросил я.

Реальность остановилась. Мальчишка оставил меня и бросился к не подающему признаков жизни огромному черному коту, лежащему рядом со мной.

– Кто… – начал было я, но понял, что мне совершенно пофигу, кто он такой. – Что… – продолжил я, но тут же сам восстановил в своей ушибленной голове ход событий. – Он жив? – Наконец, я смог сформулировать нормальный вопрос, касающийся валяющейся рядом тушки.

Мальчишка молча кивнул, не переставая гладить кота.

– Какой-то он дохлый, – засомневался я.

– На себя посмотри, – огрызнулся этот нахал.

– Я не могу, – категорично заявил я. – У меня нет зеркала. Посмотри ты.

Он поднял на меня подозрительно блестящие глаза и… лучше бы не смотрел. И без того бледное лицо вдруг стало каким-то смертельно серым, это было отчетливо видно даже в свете уличных фонарей, подозрительно блестящие глаза закатились, и это создание осело на снег, составив компанию своему дурацкому волосатому питомцу. Зашибись.

Как единственный живой в этой компании контуженных, я собрал себя в кучу и начал приводить в чувство хотя бы это тщедушное существо в тонкой футболке и домашних шлепанцах на босу ногу. Потряс, подул, похлопал по щекам, растер лицо снегом. Уже подумывал об искусственном дыхании рот-в-рот, но мальчишка вдруг очнулся, взглянул на меня и уткнулся лицом чуть ли не в снег.

– Уйди! – простонал он. – Я крови боюсь.

Какие мы нежные! Я вот, судя по всему, не боюсь, хотя вся кровь на мне.

– У тебя родители дома? – задал я спасительный, как мне показалось, вопрос.

– Дома, – буркнул он.