Чита, Мартимошка и другие

Обезьянка Чита, сколько себя помнила, всё время жила в доме у директора зоопарка. А было ей три года. Много это или мало, она не знала, но считала себя довольно-таки мудрой, потому что умела делать думающий вид, подперев подбородок рукой, и к тому же имела обширные знания по разным вопросам. Ещё бы! Ведь она смотрела телевизор (разумеется, с помощью пульта), и не только детские передачи и мультфильмы, но и передачи про животных, «Поедем, поедим», сводки новостей и даже «Что? Где? Когда?» во главе с совой, которая ей, правда, не очень нравилась, так как сильно важничала. Она также легко, как ей казалось, работала на компьютере, нажимая на клавиши как ей вздумается, в зависимости от настроения, а иногда и садясь на них, получая при этом очень интересные результаты, которые она потом подолгу изучала, глядя на экран с разных мест. Делала она это, конечно, в отсутствие хозяев. Дальнейшей её целью был планшет, который от неё почему-то всё время прятали.

В общем, интеллекта у Читы хватало на двоих, а то и на троих, но некому было им похвастаться. Порой она даже пробовала разговаривать сама с собой, стоя перед зеркалом и подражая телеведущему. Но это быстро надоедало.

В это время и появился в доме котёнок Мартимошка. Он был пушистый и абсолютно белый, ещё неустойчиво держался на лапах и смотрел вокруг себя очень удивлёнными зелёными глазами. Когда Мартимошка особенно удивлялся, его левое ухо оттопыривалось назад, он застывал на расставленных лапах, и вид у него был ну совсем нелепый.

– Тебя ещё воспитывать и воспитывать, – вздохнула Чита.

И обезьянка решила опекать малыша, учить его уму-разуму.

«А то совсем пропадёт в этой жизни», – подумала она.

Сначала она познакомила Мартимошку с домом, в котором они жили. Котёнку больше всего понравились диван и кресло, в котором он тут же расположился и не хотел оттуда слезать, пока Чита не стащила его насильно, так как хотела скорее показать своё умение открывать и закрывать кран в ванной комнате.

Мартимошкиному удивлению не было предела – он долго смотрел на струю воды, замерев на краю раковины с оттопыренным назад левым ухом, потом потрогал воду лапой и хотел поймать, но не тут-то было.

– Вы бы не могли сделать её потолще? Тогда я её поймаю, – попросил он.

– Чтобы сделать воду потолще, надо открутить кран побольше, – заявила Чита со знанием дела и открыла кран так, что брызги полетели во все стороны.

От неожиданности Мартимошка свалился вниз, выставив вовремя лапы при падении. Маленькая проказница попыталась закрыть кран, но, так как брызги попадали ей в глаза, она от растерянности повернула кран не в ту сторону! Струя усилилась, и обезьянка кубарем скатилась вниз вслед за котёнком, не желая мокнуть под этим душем.

Они отряхнулись, и Чита потащила нового друга на шкаф, стоящий около входной двери, дабы переждать там «всемирный потоп» и укрыться от гнева хозяев.

Хорошо ещё, что хозяйка услышала сильный шум воды. Так что всё окончилось без особых последствий, за исключением некоторых деталей: весёлую парочку в наказание заперли на несколько часов в небольшой комнатке.

Но шалунья и там нашла развлечение.

На столе стояло зеркало. Она, недолго думая, подтолкнула к нему Мартимошку. Тот вначале вообще ничего не понял. Он решил, что компания их увеличилась. Но когда обезьянка растолковала ему, что к чему, котёнок заглянул на всякий случай за зеркало: не прячется ли там кто-нибудь? Убедившись, что они в комнате одни, он стал пристально разглядывать своё отражение и даже понюхал его.

– А почему я совсем-совсем белый и почему мы с вами так непохожи?

Из уважения к Читиным знаниям и опыту он обращался к ней на «вы».

– Ну не всем же быть такими красивыми, как я, – скромно заметила Чита. – Так уж распорядилась природа, ничего не поделаешь, – развела она руками.

Успокоив, как ей казалось, таким образом бедняжку, она полюбовалась на себя в зеркале и начала строить рожицы. Но вскоре ей это занятие наскучило.

– Но ты не расстраивайся, Мартимошенька, – снисходительно сказала Чита, – мне в голову пришла одна идея. Я тебя могу покрасить!

– Как это – покрасить? – оробел Мартимошка.

– Обыкновенно. Красками и кисточкой.

– И я буду таким же красивым, как вы?

– Ну конечно, конечно, – обезьянка явно была польщена. – И вообще, Мартимошенька, можешь обращаться ко мне на «ты», ведь мы с тобой друзья.

Несомненно, котёнок был рад, что приобрёл такого умного друга.

– Тебя как покрасить – в горошек или в полоску? – спросила она.

– Наверно, лучше в полоску. А это не будет больно? – засомневался котёнок.

– Ну что ты! Наоборот, это будет приятно. Ведь ты станешь моим произведением искусства. Жалко, что ты ещё очень маленький. Когда ты вырастешь, я смогу нарисовать на тебе целую картину. И, может, даже прославлюсь.

– А что такое «прославиться»?