Чистое пламя любви

ISBN 5-17-011390-0

© Elaine Barbiery, LOVE'S FIERY JEWEL 1982

© Перевод. Е.В. Погосян, 2002

© ООО «Издательство ACT», 2002

1775 год

Безжалостный ледяной ветер бушевал над Чарлстонской гаванью, набрасываясь на стоящие у причала корабли. С легкостью, внушавшей благоговейный ужас, он перекатывал в холодных ладонях огромные морские валы, увенчанные клочками седой пены. На низко нависшем мрачном небосводе клубились темные штормовые тучи, давно поглотившие последние лучи неяркого февральского солнца. Грубая перекличка портовых рабочих, загружавших один из кораблей, стала еще более громкой и нервной при виде надвигавшейся непогоды. От их учащенного дыхания в морозном зимнем воздухе повисали облачка густого пара. Все старались как можно скорее покончить с погрузкой, пока не начался настоящий шторм. Хриплые голоса грузчиков сливались с назойливыми воплями уличных торговцев, нахваливавших свой товар, фырканьем испуганных лошадей да визгливыми выкриками привычных ко всему портовых шлюх, деловито прощавшихся со своими ветреными ухажерами и тут же начинавших высматривать им замену.

Среди всей этой толкотни едва не затерялась небольшая группа бедно одетых людей, собственноручно тащивших свои нехитрые пожитки по направлению к «Салли». Корабль должен был вот-вот отдать швартовы, но они двигались очень медленно, так как вынуждены были то и дело уступать дорогу каретам с более удачливыми пассажирами или переполненным повозкам, доставлявшим в порт самые разнообразные грузы. Их лица раскраснелись от жестокого ветра, а в глазах ясно читалась тревога.

С неба упала одна капля, затем другая… Суета на берегу на миг замерла, чтобы возобновиться с утроенной силой под ударами ледяного ливня, обрушившегося на гавань. Все стремились укрыться от непогоды: расстававшиеся любовники едва успевали обменяться прощальным поцелуем, торговля на лотках замерла, поскольку и продавцы, и покупатели предпочли позабыть о выгоде и искать себе временное убежище, а экипажи, доставившие в порт своих богатых пассажиров, спешно разворачивались и возвращались в город. Через каких-то пять минут ливень стал единовластным хозяином всего причала и набережной. Земля под ногами раскисла, и холодные потоки воды стали серьезным препятствием на пути несчастной кучки беспомощных пассажиров.

То и дело оступаясь и обходя зловеще пузырившиеся ледяные лужи, они едва тащились по направлению к сходням, но в последний момент группе удалось сделать значительный рывок благодаря тому, что толпа на пристани поредела; при этом они оставили позади хрупкую молодую женщину с маленькой девочкой, не выпускавшей материнской руки. Насквозь промокшее платье облепило им ноги и мешало каждому шагу, хлопая под порывами ветра. Содрогаясь от холода, едва дыша под напором стихии, полуослепшая от дождя молодая женщина уже почти не различала своих товарищей, подходивших к кораблю. Она из последних сил стиснула в руке окоченевшие, скрюченные пальцы своей дочки и выкрикнула:

— Скорее, Аметист! Они сейчас отчалят! Бегом, милая, бегом!

Девочка проследила за взглядом матери и увидела, как последние пассажиры торопливо взбегают по сходням на корабль, пришвартованный к самому дальнему причалу. Зачарованная этой картиной, она совершенно не ожидала отчаянного рывка за руку и оттого, неловко споткнувшись, упала на четвереньки и сильно ушибла колени о мерзлую землю. Не обращая внимания на боль, малышка упрямо закусила губу, мигом вскочила на ноги и снова поймала материнскую руку. Обе из последних сил помчались к кораблю.

Мокрый от дождя высокий борт уже качался у нее над самой головой, как вдруг Аметист почувствовала, что мать вырвала у нее свою руку. Обмирая от ужаса, не в силах пошевелиться, девочка словно во сне следила за тем, как мать кубарем катится по земле, дергаясь в каких-то странных конвульсиях, словно тряпичная кукла. Еще миг — и женщина затихла беспомощной кучей грязного платья возле самых сходней.

Не помня себя от страха, не сознавая, что это ее собственный оглушительный визг так режет уши, Аметист ринулась на помощь к матери, но не успела она прикоснуться к бледному безжизненному лицу, как чьи-то грубые руки отодвинули ее в сторону, и перед ней возник незнакомый человек в морском бушлате. Возмущенная его непрошеным вмешательством, девочка фурией налетела на моряка, безуспешно пытаясь сдвинуть с места этого великана и пронзительно выкрикивая:

— Пошел прочь от моей мамы! Я сама ей помогу! Пошел прочь, я сказала!

Мужчина оглянулся и сердито взглянул на нее.

— Замолчи, малявка, пока не получила хорошего шлепка! Дурочка, ты разве не видишь, что я хочу ей помочь?

Моряк отвернулся, мгновенно оценил состояние лежавшей перед ним бесчувственной женщины и легко подхватил ее на руки. Не обращая внимания на Аметист, он решительно направился к сходням, но все-таки задержался на миг, раздраженно глянул через плечо на застывшую на пирсе сиротливую фигурку и грубо рявкнул: