Чихнёшь в воскресенье...

Фредерика Винг вторично за последние десять минут посмотрела на часы. Если она не доберётся до Южного Саттона до полудня, то разминется с мисс Хартвел, а это будет катастрофой.  Солнце жгло спину под льняным платьем,  чулки прилипали к коленям. Она с детства знает,  что  июль в Новой Англии может быть очень жарким. Но всё равно здесь лучше, чем в Нью-Йорке... Она в третий раз взглянула на часы, потом раздражённо подняла саквояж и отправилась искать защиты под стан­ционным навесом. Прошла через вокзал, состоящий из одного помещения, к платформе, где готическими буква­ми было написано «Станция Саттон»; впрочем, позолота давно поблекла, и буквы были теперь едва различимы. У двери на ящике сидел толстый мужчина в рубашке с короткими рукавами, он шумно жевал, регулярно сплё­вывая на рельсы.

— Поезд опаздывает? — спросила Фредерика, стараясь справиться с раздражением. Мужчина не ответил. Какое-то время он продолжал жевать, и Фредерика решила, что он глух. Но потом толстяк достал из кармана новую плитку табака, раскрыл нож пухлой правой рукой и лениво проговорил:

— Сай ходит по магазинам. Он так всегда делает по субботам. Не удивлюсь, если и опоздает. А поезд на Ворчестер ещё через четверть часа. Фредерика села на другой конец багажного ящика.

— Сай — машинист, точно?

—  Да. Какая разница в субботу? Никто вроде не собирался приезжать из Нью-Йорка до полудня.

Фредерике стало ясно, что она — незнакомка и един­ственный пассажир — и есть «никто не собирался». Она как раз обдумывала подходящий ответ, но в это мгнове­ние как по волшебству из леса показался миниатюрный тепловоз с единственным вагоном.

Толстяк встал, когда Сай выпрыгнул из кабины. Сразу вслед за ним из вагона вышел мужчина в лёгком костюме,быстро прошёл вдоль поезда но возле Фредерики задер-жался, чтобы наклониться и поправить запор своего чемоданчика. Выпрямившись он внимательно взглянул на Фредерику, которая ответила ему оценивающим взором и тут же в замешательстве опустила глаза. Но она успела заметить, что у мужчины серые глаза, какие романисты называют «стальными», строгое лицо и высокий лоб. Волосы поседели на висках, а тело утратило стройность юности.                                                   

«Мне уже четвёртый десяток, а я краснею, как девоч­ка», — подумала Фредерика

— Привет, полковник, — низкий раскатистый голос принадлежал недавнему собеседнику Фредерики — толсто­му грузчику, который притащил наполовину заполненный мешок с почтой.

—  Привет, Вилли, — ответил тот, кого назвали пол­ковником. Он развернул аккуратно сложенную газету и сел на багажный ящик. Фредерика, у которой не было причин задерживаться, прошла к вагону.

«Двадцатиминутное ожидание ради десятиминугной поездки, — думала она, усаживаясь на пыльное плюше­вое сидение. — И, вероятно, придётся добавить ещё десять минут». Но тут послышался гудок, и поезд тронул­ся назад от станции. В вагоне, кроме Фредерики, никого не было, она не удержалась, прошла назад по проходу и выглянула в окно. Человек, которого назвали полковни­ком, отложил газету и смотрел прямо на неё. Она быстро нагнулась и вернулась на своё место; как всегда, почув­ствовав, что вспыхнули щёки.                            

-   Что меня заставило это сделать? - вслух спросила она. И добавила: - Веду себя как школьница. Но всю, короткую поездку до Южного Саттона глаза не оставляли ее и были стерты из памяти только хлопотами приезда и усройства на новую работу. Выходя из вагона на станции Южный Саттон,Фредерика почувствовала, что стало еще жарче. Но оглядевшись, она успокоилась. Летний мирный воздух благотворно действовал на неё. Поля кругом были усеяны ярким черноглазым гибискусом и белым клевером, цветы про­бивались даже через доски платформы. За полями темнели хвойные деревья и несколько низких крыш.

«Если бы Сай остановил фырканье своего дракона, я бы, наверное, услышала кузнечиков», — подумала Фре­дерика. Интересно, что ей теперь предпринять...

— Вы мисс Винг? — послышался приятный голос.

Немного удивлённая Фредерика повернулась и сразу за собой увидела женщину.

—   Да, я Фредерика Винг... Но откуда вы появились? В поезде никого не было.

Женщина рассмеялась, и Фредерика заметила, что лицо её, которое на первый взгляд показалось ей некра­сивым, на самом деле очень привлекательно. Женщина была ниже Фредерики и не такая угловатая. Она носила льняное платье без рукавов, чистое и прохладное, а короткие тёмные волосы были тщательно причёсаны. При взгляде на неё Фредерика почувствовала себя гряз­ной и усталой.

—   Я пришла по полю, с другой стороны от поезда. Но мне следует представиться. Я Филиппина Саттон и пришла встретить вас, потому что мисс Хартвел очень занята, — она говорила медленно, со слабым иностранным акцен­том. «Т» у неё чуть походило на «с», а звук «р» был гортанный и раскатистый.

Фредерика поставила саквояж и пожала протянутую руку, маленькую и мягкую. «Француженка», — решила Фредерика.