Четвёртая книга Априуса. В поисках Истины. Наследие Предтеч.

Маленькая человеческая фигурка недвижимо застыла на краю скалистого выступа. Буквально у ног человека разверзалась настоящая Бездна, но он стоял твердо, не боясь сорваться вниз. Не смотря на холод межзвездного пространства, одет он был лишь в легкие одежды, простого путника. Голова была ни чем не покрыта, и студеный ветер трепал коротко остриженные волосы, но мужчина казалось, этого совсем ни замечал, он был глубоко погружен в себя.

— Вращается ли кокон Вселенной, происходит ли круговорот Великой Сферы? — Крутились одни и те же мысли в голове одинокого странника. — Пожалуй, такой вопрос, наверняка, не раз задавали себе великие философы прошлого. — Думал он — но кто сможет ответить? Нет такого ока, чтобы объять этот великий процесс, но скорее всего да.

Очень медленно, но она поворачивается вокруг своей оси. И когда оборот завершается, наступает новый цикл, в ее развитии, и естественно в ходе истории существ ее населяющих. Вращение идет и внутри, самой сферы, где свои оси, галактики меняют свое местоположение, вращаются, меняя рукава, но этот процесс более быстр, чем поворот Большой Сферы. И видимо во время завершения полного круга, идет смена Правящих Сил, таким образом, исходя из этой теории, кругов было три, или точнее третий еще идет.

— Происходит смена Полюсов Власти. — задумчиво пробормотал мужчина — Сущим уже давно правят Новые боги, хотя так зовут себя лишь они сами, да те, кто помнит времена, что были до них. Правящие ранее, стали зваться Падшими, от Старых богов Зари, остались вообще одни воспоминания, и то весьма, смутные. Кое-где они, конечно, уцелели, но превратилсь всего лишь в мелких, местечковых божков, ни на что толком не способных. Хотя нагнать ужас на местное население очень даже могли. Изначальные же Силы, в большинстве своем уснули, и сами по себе пробуждались редко. А еще у каждого в этом Большом Мире, была своя правда, и свое понимание действительности, впрочем, как и справедливости.

Что касается Твари по прозвищу Поедатель, или Пожиратель Пространств, то физически, он вроде бы оставался на месте, но вот, беда, из поглощаемых им «заготовок, по сути, материи, ткани, самого Вселенной, начали рождаться его Слуги, не лишенные зачатков разума. Вот они то, и продвигались вперед, наводя ужас, и сея смерть среди жителей тех миров, которые успели достичь, косматые демоны.

Способа борьбы с ними почти не было, тогда чародеи и шаманы людских племен, были вынуждены прибегнуть к жертвенной магии, Крови и Смерти, разрабатывая все новые и новые Заклятия в этом русле. Убить этих существ не получалось, но вот ввергнуть в долгий-долгий, практически вечный сон выходило. Причина была в том, что это были не единичные твари, существующие сами, по себе, а части единого целого, обладающие коллективным разумом, каким-то таинственным образом связанные с этим целым, проще говоря, с самим Мироедом. Практически они представляли собой рой, разлетевшийся по доступным для них областям Вселенной.

— Коллективное сознание, бесстрашие, безумная ярость и… и хитрость, продуманность, коварство — как это может сочетаться?

Но в мирах большого мира, все-таки нашлись те кому, хочешь, не хочешь, а пришлось сражаться против незваных гостей, выбивая тех из оберегаемых Стражей Порядка, миров. Успешна ли была борьба в остальных частях Вселенной, они не знали, но свои области отстаивали, как могли, не давая продвигаться всеобщей напасти и на чуть-чуть. Но если бы их заботой было только это…

Человек, вышел из прострации, тяжело вздохнул и ласточкой бросился вниз, не для того чтобы погибнуть понятно, а что бы предаться истинному полету, забыв обо всем, хоть на малые доли времени. Он падал в бездну до тех пор, пока не ощутил, что сдавливающая грудь непонятная тоска, отступила, ощущение маетного сердца прошло, и можно снова рваться в бой…

Априус уже почти час, сидел на вершине высокого холма, внизу раскинулась широкая равнина, вся поросшая густой, зеленой травой. Небо утюжила пара орлов, они кружили, высматривая добычу, которой внизу было великое изобилие. Рус, сидел недвижимо, его глаза неотрывно следили за полетом орлиной пары, но мозг был занят совсем другим. Он сидел так уже давно, время одновременно и имело значение, и в тоже время нет. Орлы охотились, он размышлял, ветер гнал травяные волны по равнине, казалось время застыло — бесконечный полет, бесконечное перекатывание зеленых валов, беспрерывное дуновение, безотрывное созерцание.

Эта картина, умиротворяла и расслабляла, и Априус по-прежнему не двигался, боясь спугнуть бесценные для него мгновения. Просто сидя вот так, обхватив подогнутые колени руками, он мог вечно глядеть на этот бесконечный полет. Потому что сам сделал его таким, это помогало ему размышлять.