Чертополох и золотая пряжа

«Король умер, да здравствует король!»

Невыносимая в своей абсурдности фраза вошла в сознание, как клинок в мягкую плоть. Сначала с трудом преодолевая сопротивление, но через мгновенье целиком погружая тело в боль. Юноша дернулся, желая бежать, драться, мстить. Но, сделав шаг, остановился, едва совладав с собой.

— Они что, все мертвы?

Маленький растрепанный человечек в коричневом кафтане сокрушенно кивнул, да так и остался стоять с опущенной головой.

— Кто это сделал? — простые слова дались с трудом. Голос предательски дрожал.

— Брат вашей матери, сир.

— И что, никто из лэрдов не пришел на помощь?

Крошечный слуга мазнул кисточкой хвоста по каменному полу и торопливо заговорил:

— Увы, ваш батюшка так активно раздавал, дарил земли, что теперь каждый лэрд считает себя господином своего феода и не желает признавать власть короля. Никто из них не встал на защиту своего сюзерена… И теперь я обязан помочь молодому господину покинуть замок. Прошу, идите, следуйте за мной.

Юный король молча кивнул и поторопился за странным существом, предложившим помощь. Четверть часа понадобилась беглецам, чтобы добраться до подземелья. Их искали, но слуга знал свое дело: путал следы, менял направление эха, отводил глаза стражникам, каждый раз уводя своего подопечного буквально из-под носа. В холодном винном погребе он с легкостью отодвинул тяжелую бочку и нырнул в черный провал прохода.

— Сюда, сюда, молодой господин, и посторонитесь, отодвиньтесь, я поставлю, верну все на место, так меньше шансов, что нас найдут.

Юноша, не веря глазам своим, смотрел, как небольшое по размерам существо без труда возвращает громадную бочку на место.

— Кто ты? — поинтересовался он у своего спутника, когда они двинулись по темному коридору вперед.

— Я Брен Кухул, гроган этого замка, — сказал он с таким видом, словно это все объясняло. — И теперь мне нужно постараться спасти молодого господина. Таков уговор с огнем и с хозяином дома.

Понятнее от объяснений странного провожатого не стало. Но тот молча шлепал босыми ногами по сырой, скользкой земле не пытаясь продолжить разговор.

— А теперь что? — щурясь от яркого солнца, спросил юный король, когда они, словно сиды, вышли из холма посреди леса. На горящую Восточную башню замка юноша старался не смотреть. Ветер и так милостиво доносил маслянистый запах копоти.

Слуга огляделся, повел в разные стороны остроконечными ушами и, выяснив, что в лесу пока безопасно, свернул вбок и резво зашагал в глубь чащи.

— Вот, — наконец произнес он, указывая на дикий чеснок. — Пусть господин натрет, намажет им подошвы, это собьет со следа собак. И пойдемте, пойдемте уже скорее.

— А ты? — поинтересовался молодой король, щедро проходя чесночной травой по кожаной подошве ботинок.

— Духи не оставляют следов и запахов. Молодой господин и этого не знает? — Горько усмехнулся человечек. — Ладно, поспешим. Надо до заката убраться подальше от этих мест.

— А что потом, Брен Кухул?

Но и во второй раз вопрос остался без ответа. Странный помощник молча шел впереди, а юный правитель, лишенный трона и земель, следом. Его одолевали тяжелые думы. Он уже не был младенцем, обязанным носить длиннополую рубаху, но и первый раз на охоту его взяли только в прошлом году в день почитания Пчелиного Волка, предка королей. С тех пор принц имел возможность присутствовать на совете. Право же голоса ему только предстояло заслужить. Но скажите на милость, как молодой тан[1] должен был догадаться о готовящемся заговоре? Из отчетов о количестве ржи, собранной и засеянной, из споров о строительстве двухмачтовых кораблей или из обсуждений претендентов на руку его едва родившейся сестры? Но теперь главное не это, а вопрос, что делать дальше. Кого просить о помощи и, главное, что обещать взамен? Ведь вот потеха: молодому королю сейчас, кроме собственной шкуры, и предложить-то нечего.

— Здесь мы заночуем. Господин умеет, может поставить силки? — спросил человечек, останавливаясь на небольшой поляне.

— Вполне, но сомневаюсь, что в них так сразу кто-то попадется. Так что спать нам сегодня голодными.

— Пусть господин смастерит, поставит силки. У грогана хватит сил заманить в них дичь. Замок недалеко, да и мертвый король хорошо кормил своего слугу.

Солнце медленно катилось за горизонт, позволяя теням господствовать в лесу. На поляне замерцали голубым светом грибы, а в сумеречных шорохах начали отчетливо слышаться голоса и тихий смех.

— А мы можем жечь костер? Люди дяди не найдут нас по нему? — шепотом поинтересовался молодой король, аккуратно ворочая на вертеле зайца.

— Бернамский лес — земля сидов, никто из смертных нас здесь не тронет.

На ветке каркнул ворон, внимательно разглядывая глазами-бусинами странных путников. Чуть выше примостился второй, деловито вычищая смолянистые перья.

— Так, может, у нас получится заключить с сидами союз, и они помогут мне вернуть трон отца?

— Нет. Не помогут.