Черный аббат. Мелодия смерти

Лакей почтительно ждал, пока человек, сидевший за массивным письменным столом, пересчитывал и сортировал банкноты. Солидный стальной сейф, из которого владелец вынул деньги, был забит купюрами разного достоинства.

– Томас!

– Да, милорд!

– Вот что, Томас, – рассеянно повторил человек с бледным лицом и нервными телодвижениями.

– Да, милорд, я слушаю.

– Вложи деньги в конверт. Да не в тот, бестолковый, а в серый. Адрес написал?

– А как же, милорд! «Герру Любичу, Лейпциг, Франкфуртер-штрассе, 35».

– Запечатай и опусти в ящик. Мистер Ричард у себя?

– Нет, милорд, он вышел час назад.

– Куда? Не знаешь? – вяло поинтересовался Гарри Алмсфорд, лорд Челмсфорд в восемнадцатом поколении, и сонно зевнул.

Это был мужчина лет тридцати, худощавый и анемичный, как многие люди, проводящие значительную часть своего времени за кабинетной работой. Его иссиня-черные волосы еще больше оттеняли нездоровый цвет лица, а глаза казались воспаленными от книжных занятий.

Библиотека, в которой сидел лорд, помещалась в огромном зале с высоким потолком и галереей, занимавшей три стены, с узкой винтовой лестницей в одном из углов. От пола до потолка стены были заставлены книжными шкафами, и лишь над большим камином имелось свободное от книг пространство – там висел написанный маслом портрет молодой привлекательной леди, изображенной в полный рост.

Достаточно было один раз взглянуть на лорда Челмсфорда и даму на картине, чтобы убедиться, что они – близкие родственники. Действительно, это была мать милорда Гарри: те же тонкие и немного нервные черты лица, черные волосы и глубоко посаженные карие глаза. Кроме портрета никаких полотен в библиотеке не было.

Лорд неспешно встал из-за стола, подошел к холсту и воззрился на него. Он обожал это произведение и любовался им поминутно. Он считал его настоящим сокровищем живописи и не раз говорил, что весь роскошный родовой замок Челмсфордов не более чем рамка для портрета графини.

Лакей Томас Янг в черной ливрее, с напомаженными волосами, снова появился на пороге.

– Так я пойду с письмом, милорд?

– Да, – рассеянно отозвался Гарри Алмсфорд, но как только слуга неслышной поступью направился к двери, он окликнул его. – Подожди!

– Что-то еще, милорд? – обернулся тот.

– Я случайно слышал ваш с Филлингом разговор, когда сегодня утром вы проходили под окнами библиотеки…

– Он рассказывал мне про Черного аббата.

Бледное лицо лорда искривилось гримасой. Упоминание о Черном аббате заставило сердце мистера Гарри тревожно забиться. Он нахмурился, и в глазах его сверкнул злобный огонек.

– Знаешь, Томас, – сжал он кулаки. – Мне надоело изо дня в день выслушивать эту ерунду. Заруби себе на носу и передай всей прислуге: если хоть кто-то впредь упомянет про Черного аббата и начнет распространять эти слухи, то будет немедленно уволен с плохим отзывом. И я позабочусь, чтобы больше его никуда не приняли на службу. Займитесь лучше делом, вместо того чтобы чесать языки. Привидение! Что за глупости! Вы все с ума сошли?! – повысил голос лорд, лицо его покраснело, жилы на лбу напряглись, глаза вследствие гнева стали еще темнее. – Всё, больше ни слова! – перешел он на крик. – Не желаю слушать бредни! Идиотскую шутку о том, что замок Челмсфордов заколдован, распустил какой-то местный болван, и я до него доберусь. А вы с Филлингом и рады подхватить сплетню и разносить ее по имению. Помолчи! – остановил он нетерпеливым жестом лакея, пытавшегося что-то пролепетать в свое оправдание. – Иди! Я тебя больше не задерживаю.

Лакей, кланяясь, попятился к порогу, а лорд сел за стол и углубился в чтение толстой книги в черном кожаном переплете, полученной утром по почте из Германии.

Выскользнув за дверь, Томас на мгновение ухмыльнулся, но вскоре лицо его обрело прежнее угрюмое выражение. Вид сейфа, набитого деньгами, вывел алчного слугу из состояния равновесия. «Какое богатство! Там, наверное, сто тысяч фунтов, не меньше, – подумал Томас. – Это раз в десять больше того, что я украл пять лет назад, когда угодил в тюрьму. А вдруг на этот раз мне повезет сбежать и скрыться с деньгами? Если бы узнать код, а отмычка найдется! Гарри рассеян и не сразу хватился бы, что его обчистили, а меня уже ищи-свищи! Правда, Ричард Алмсфорд вечно шныряет по дому и во все сует свой нос. Но, похоже, и Дик не догадывается о моем прошлом…».

Лорд Челмсфорд действительно не знал, что Томас Янг – бывший арестант, как не подозревал и о том, что его лакей ведет тайную переписку с одним лицом, чрезвычайно интересующимся всем, что творится в замке Челмсфордов, то есть, попросту говоря, шпионит за своим хозяином и его братом.

Отправив письмо, Томас вернулся в замок и, столкнувшись на лестнице с Гловером, камердинером мистера Гарри, поделился с ним последней новостью:

– Ну и устроил мне разнос его сиятельство за сплетню о Черном аббате!