Черные деньги

О Теннисном клубе я знал много лет, но никогда там не был. Его корты и бунгало, его плавательный бассейн, домики и павильоны раскинулись вокруг бухточки у Тихого океана в нескольких милях к югу от границы административного округа Лос-Анджелеса. И сам тот факт, что я запарковал свой «форд» на асфальтовой стоянке около теннисных кортов, приподнял меня в собственных глазах, смягчил чувство ущербности, оттого что я не принадлежу к клану зажиточных людей.

Хорошо вышколенная дама, восседающая за приемной стойкой главного здания, сказала мне, что Питер Джемисон находится, вероятно, в буфете. Я обошел вокруг пятидесятиметрового плавательного бассейна, с трех сторон окруженного домиками для переодевания. С четвертой стороны сквозь проволочную изгородь сверкало море, подобное живой голубой рыбе, попавшей в сети. Несколько купальщиков лежали безжизненно на песке, будто желтое око солнца их полностью загипнотизировало.

Когда я увидел своего предполагаемого клиента на залитом солнечным светом дворике около буфета, то инстинктивно понял, что это он и есть. Он был похож на денежный мешок, находящийся на расстоянии трех поколений от источника своих богатств. Хотя он не мог быть намного старше своих двадцати, его лицо было одутловато и носило отпечаток какой-то вины. Под отлично скроенным костюмом он уже носил плотный слой жира как легко пробиваемую броню. У него было какое-то подобие мягких карих глаз, страдающих близорукостью.

Когда я подошел к его столику, он поспешно вскочил, едва не опрокинув свой стакан с двойным виски.

— Вы, вероятно, мистер Арчер?

Я подтвердил его предположение.

— Я рад вас видеть. — Он дал мне потрогать свою большую бесформенную руку. — Разрешите предложить вам что-нибудь. По понедельникам на ланч у нас подают тушеную солонину с овощами.

— Благодарю, я уже обедал перед выездом из Лос-Анджелеса. Не откажусь от чашечки кофе.

Он ушел и принес мне кофе. Под развесистым фиговым деревом, закрывавшим одну стену дворика, пара местных зябликов выясняла семейные дела. Самец, с пятном красных перышек на грудке, вскоре улетел по своим делам. Я видел, как он пересек голубой квадрат обрамленного ветвями неба и затем исчез.

— Сегодня прекрасный день, — сказал я Питеру Джемисону. — Кофе также хорош.

— Да, здесь умеют варить кофе. — Он с мрачным видом сделал глоток виски и внезапно произнес:

— Вы можете вернуть мне ее?

— Я не смогу заставить вашу девушку вернуться, если она этого не захочет. Я уже сказал вам об этом по телефону.

— Я знаю, я неправильно сформулировал. Даже если принять во внимание, что она не вернется ко мне, мы еще можем убедить ее, чтобы она не разрушала собственную жизнь. — Он уперся руками в стол и наклонился ко мне, пытаясь убедить меня принять участие в святом деле. — Мы не можем допустить, чтобы она вышла замуж за этого человека. И я говорю это не из ревности. Если она даже не будет моей, я хочу защитить ее.

— От другого человека?

— Я говорю серьезно, мистер Арчер. Этого человека, по-видимому, разыскивает полиция. Он выдает себя за француза. Ни больше, ни меньше как за французского аристократа. Но никто точно не знает, кто он на самом деле и откуда появился. Он, возможно, даже не принадлежит к белой расе.

— Почему вы так решили?

— У него такая темная кожа. А Джинни такая светленькая. Мне неприятно видеть ее рядом с ним.

— Но ее это не беспокоит!

— Нет. Она, конечно, не знает того, что знаю я о нем. Он находится в розыске, возможно, он даже преступник.

— Откуда вам это известно?

— От одного детектива. Он застал меня однажды врасплох — я хочу сказать, что я следил за домом Мартеля вчера вечером: хотел посмотреть, не поехала ли Джинни к нему домой.

— Вы регулярно следите за домом Мартеля?

— Только в течение последних дней. Я не знал, вернулись ли они домой после субботы и воскресенья.

— Она провела уик-энд вместе с ним?

Он печально кивнул головой:

— Перед отъездом Джинни вернула мне обручальное кольцо. Она сказала, что оно ей больше не нужно. Впрочем, теперь мне тоже.

Он порылся в кармане и достал кольцо, будто оно было подтверждением ее слов. Это и было так, в некотором роде. Бриллианты, вправленные в платиновое кольцо, стоили, вероятно, несколько тысяч долларов. То обстоятельство, что она возвратила его, явно свидетельствовало о серьезности ее намерений в отношении Мартеля.

— И что сказал вам тот человек?

Питер, казалось, не слышал меня. Он был полностью поглощен кольцом.

Он вертел его в пальцах, и бриллианты сверкали светом, отраженным от неба. Он держал его так, будто их холодный огонь жег ему руку.

— Что же сказал детектив о Мартеле?

— По сути дела, он ничего конкретно не сказал. Он спросил, что я делаю здесь в своем автомобиле, и я сказал ему, что жду Мартеля. Он хотел знать, откуда тот появился, как долго он находится в Монтевисте и откуда у него деньги...

— У Мартеля есть деньги?