Чернокнижники

Дурачит вас эта физия? Может, портрет вводит нас в заблуждение? Мое первое впечатление: честное создание. (Это вы так по невнимательности говорите. Всмотритесь-ка в это лицо получше.) Образцовый отец семейства, воплощенная скромность, да и только. Уныл и бессодержателен. Узколобый филистер. Во взгляде ни намека на теплоту. Спинка носа прямая и жесткая. Рот: ни линий, ни изгибов, ни чувственности, ни фантазии. Волевой подбородок. Прическа уложена волосок к волоску. Вывод: пожалуй, типичный представитель своей эпохи. Отнюдь не наш с вами типаж. Траченная молью личина. Или давайте оценим это лицо по-другому. Присмотритесь к портрету с разного расстояния. Или прикройте половину лица ладошкой. И заметите, что во взгляде присутствует также и неумолимость. А в уголках рта ожесточенность. Итак: я почти уверен, первое впечатление меня подвело. Эта скромность — всего лишь маска. Физиономия, взятая напрокат. (Дальше, дальше, нужно слиться с этой физиономией, вплыть в нее.) Естественно: мною явно недооценен колючий взор. Пропасть. И бесчувственный, и страстный. Или? (Дальше, дальше.) А едва заметная морщинка у левого глаза, разве не говорит она о столь многом? О патологической алчности? (Ну как, мало-помалу доходит?! Давайте, давайте дальше!) Да этот тип по трупам пойдет! (Ну наконец-то. Вот теперь вы полноценный физиономист. И уже не попадетесь на удочку этому субъекту. Вы — идеальный чтец его необычного жития.)

Иоганн Георг Тиниус воспринимал запахи, как все младенцы. (Вы ведь улавливаете, что я имею в виду? Понимаете мой тонкий намек? Цель его — избавить читателя от напрасных надежд. Этот роман хоть и повествует о биографии библиомана-убийцы, но вы уж, пожалуйста, не сочтите его банальной страшилкой на ночь. И уж никак не захватывающим триллером. Нет, нет и нет — промахнулись, да еще как! В романе этом вообще все выглядит едва ли не безобидно. Ни намека на какой-то там каннибализм в финале. Крови в нем почти что нет. То есть книга может быть смело рекомендована даже молодежной аудитории. В ней упор сделан на курьезной логике преступника. На его одностороннем даровании. На его неутомимой памяти. И чтобы помочь вам попасть в нужную струю, вновь настоятельно обращаю ваше внимание на следующее: Иоганн Георг Тиниус обладал совершенно обычным обонянием. Он не был убийцей очаровательной девушки, благоухавшей цветами, а лишь отправил на тот свет семидесятипятилетнюю старуху. А о том, что за запахи издают женщины этого возраста, литература, можно сказать, умалчивает. Во всяком случае, Тиниус по одному только запаху книги мог с абсолютной точностью установить, в какой типографии ее отпечатали. Но об этом пока повременим.) Стоило приласкать, обнять его, как кожа его приобретала аромат свежераспиленной березы. По воскресеньям Иоганн испускал едва уловимый аромат корицы, его мать, как и многие другие матери, подкладывала ему в пеленки цветки гвоздики. Каждый пришедший на крестины гость ненадолго брал его на руки, после чего с довольной миной усаживался в большой комнате за длинным столом и принимался за окорок, поскольку в семье Тиниусов окороком потчевали на всех крестинах. Иными словами, довольно часто.

Иоганн Георг Тиниус, к счастью своему, не был старшим из сыновей. Иоганн Георг Тиниус, к несчастью своему, имел еще семерых братьев и сестер, рожденных после него. Один за другим.

Статисты-горлопаны:

1. Фридрих, старший.