Чёрная лента

.

© Деружинский В. В., 2017

© Оформление ООО «Альфа-книга», 2017

Алесь вывалился из окна небоскреба и летел лицом вниз на автостраду. Дорога в ста метрах под ним была заполнена машинами, но они все почему-то стояли, и не было видно ни одного человека. Он падал, рассекая жаркий воздух, а когда до земли оставалось два этажа, ужас превозмог сон, и Алесь очнулся от своего кошмара.

Проснувшись, он с трудом приподнялся на локтях в кровати. Лицо было мокрым от пота, голова раскалывалась от чрезмерно выпитого в ресторане «Грюнвальд». Переведя дыхание, он потер глаза и мрачно огляделся, ощущая нестерпимую сухость во рту.

Алесь лежал на своей не расстеленной постели в белой сорочке и брюках, с черным лакированным ботинком на левой ноге, правый вместе с пиджаком валялся на полу. Комнату освещал слабый свет ночной лампы, часы на столике показывали полтретьего ночи, а стоящий рядом телефон разрывался от звонков. От каждого «дзынь-дзынь» в голове стучало молотом.

— Матерь Божья, зачем я так напился? — простонал Алесь, силясь вспомнить причину застолья.

Но все было словно в тумане, и ничего не вспоминалось. Всплыло лишь лицо знакомого писателя, встречу с которым решили отметить в ресторане. А дальше — провал в памяти, только смутные лица каких-то знакомых, хохот девиц и звуки ресторанного оркестра, да хлопки открываемого шампанского… Кажется, отмечали день рожденья.

Собрав все силы, он сел на кровати, и комната вокруг закачалась, как на пароходе во время шторма. Поднял руку, словно пытаясь остановить качку предметов перед глазами, потом дотянулся до телефона и снял трубку:

— Слушаю!

Алесь не узнал свой голос — хриплый и одновременно какой-то загробный, глухой, словно со дна глубокой ямы.

— Кто у телефона? — услышал он.

Говорил мужчина, судя по всему, немолодой и чем-то крайне взволнованный.

— Это корреспондент журнала «Балтийская Нива» Алесь Минич?

Алесь, закрыв глаза, потер ладонью лицо и зевнул:

— Милейший, вы знаете, что сейчас почти три часа ночи? Давайте поговорим утром. А еще лучше — после обеда…

— Подождите, не вешайте трубку! — раздалось в ответ. — Вы меня не знаете, но мы вас хорошо знаем. До утра откладывать нельзя, это вопрос жизни и смерти!

— Кто вы? — мрачно спросил Минич.

— Я Мартин Вацлевич, владелец Виленского Музея восковых фигур. У меня есть то, что я вам должен немедленно передать, иначе меня убьют. Впрочем, меня, возможно, все равно убьют…

Алесь, вздохнув и закрыв глаза, напряг память. Вацлевич… Да, он о таком слышал. Богатый собиратель антиквариата, имеет большую коллекцию всяких редкостей, а несколько лет назад открыл свой Музей восковых фигур. Когда он поместил в нем восковую копию трупа Ленина из московского мавзолея, посольство СССР заявило протест, и экспонат пришлось убрать. Скандал сделал музею рекламу, и публика повалила валом…

— И что же вам надо?

— Нам необходимо немедленно встретиться, — ответили с того конца провода. — Я все расскажу при встрече. Поверьте, это действительно очень важно и очень серьезно! Все остальное — чепуха по сравнению с этим. Вы знаете, где находится мой музей?

— Предположим, — сказал журналист.

— Тогда сию минуту туда отправляйтесь. Мы будем ждать вас у входа.

Алесь положил трубку.

С минуту он сидел на кровати, пытаясь собраться с мыслями и тщетно изгоняя похмелье.

«Может, это сумасшедший? — думал он, подняв брови. — Вроде бы не похоже. Хотя кто их, психов, знает… С другой стороны… Мартин Вацлевич — личность достаточно солидная и известная. Если он спятил, то это уже событие».

Придя к такому выводу, он стал собираться и на всякий случай надел подплечную кобуру с американским револьвером фирмы Кольта «Detective Special» образца 1911 года и калибра 38, с шестью патронами в барабане. Это был подарок отца, пару раз выручавший журналиста. В данной ситуации эта игрушка была бы полезна, если предстояло встретиться с чокнутым дурачком.

Алесь вложил в рот папиросу, поднял с коврика перед кроватью свой ботинок и пиджак, потом бросил взгляд в зеркало на стене. Обычно в отражении он видел молодого и высокого элегантного человека с русыми волосами, бритым лицом и голубыми глазами, которые, как он был убежден, нравятся женщинам. Но в этот раз он увидел совсем иную персону: осунувшееся лицо со стеклянными от похмелья глазами и растрепанной шевелюрой, и в росте как-то стоптался, и взгляд бессмысленный. «Прямо восковая фигура из музея», — подумалось ему…

Спускаясь со своего второго этажа по лестнице и застегивая плащ, он попрощался с консьержкой — пожилой женщиной, которая дежурина на своем посту за столом в подъезде, читая детективным роман.

— Я вот спать не хочу, потому что старая, — взглянула она на него поверх очков. — А вы, пан Алесь, чего не спите?