Через тернии к звёздам

С благодарностью моим родителям —

за то, что дали мне жизнь, и Лене Гусевой —

за то, что вернула меня к жизни, когда я готова была от нее отказаться.

Открываю глаза. Я проснулась. Оглядываюсь по сторонам. В доме никого. Все взрослые куда-то ушли по делам. Наверное, работают в огороде. Быстро натягиваю платье и бегу на крылечко.

Яркое летнее солнце слепит глаза. Я довольно жмурюсь. Как здорово! Люблю такую погоду. Когда солнечно, каждая травинка, каждый листик, каждый кустик будто пропитаны теплом и светом. Все вокруг радуется жизни, ликует, стрекочет, чирикает и щебечет.

Мне не терпится побыстрее присоединиться к этому всеобщему веселью. Кое-как застегиваю сандалики и сбегаю по ступенькам. Бегу в огород. Срочно надо проверить, не зацвели ли новые цветочки, не появился ли на кустике крыжовник с розовым бочком. А может, у жуков-пожарников, живущих на липовом пеньке, появились детки? Еще кузнечики! Хочу поймать зелененького с серыми крапинками на крылышках, чтобы жил в баночке и стрекотал дома по вечерам. Никак не удается поймать!

Мир вокруг такой огромный, такой волшебный и интересный, когда тебе пять лет.

Стою на балконе на четвертом этаже и пытаюсь глубоко дышать. Смотрю, как город засыпает. Вокруг бетонные серые дома-коробки постройки времен Хрущева. Уже вечер, но все еще жарко, душно. Все вокруг раздражает и угнетает. Эти чертовы дома-коробки, эти стены, этот чертов балкон, заваленный хламом. У меня прямо за спиной все, о чем я мечтала. Где-то на полке пылится диплом об окончании педагогического университета. В спальне тихо и сладко спит сын Егор, а в зале муж Саша играет за компьютером.

Мне двадцать шесть лет, у меня есть все, о чем я мечтала, и я ненавижу свою чертову жизнь. Я смотрю с балкона вниз, в сгущающиеся сумерки, и мне хочется выброситься. Наверное, это больно. Как было бы хорошо, если бы можно было рассыпаться на крошечные атомы и перестать быть. Разве этого я хотела? Почему моя жизнь такая тошнотворная? Как я такое допустила? Неужели так и будет всю оставшуюся жизнь, до самой старости? Как мне все осточертело! Если бы только можно было разом со всем этим покончить! Раз и навсегда!

Ночь. Сижу на балконе своей квартиры на двадцать четвертом этаже. В руках любимая кружка с кипрскими котиками. Чувствую ладонями тепло и вдыхаю аромат какао. Слушаю, как внизу, в темноте, где-то щебечет соловей. Смотрю на прекрасный ночной Питер. Этот город никогда не спит. Он каждую ночь зажигает огни и пульсирует дорожными артериями. В небе мерцает огонек. Это самолет заходит на посадку в Пулково. Я его не слышу, только вижу мигающий огонек. Меня всегда завораживает этот момент. Еще пара минут, и командир воздушного судна объявит, что самолет произвел посадку в городе-герое Ленинграде. Мне хорошо. Я чувствую, что я — часть этого огромного мира. Я сама — целый огромный мир. Я люблю свою жизнь. Она такая непредсказуемая и интересная.

Все эти три эпизода обо мне, только в разное время и в разном возрасте. Я писала эту историю одиннадцать лет и хочу рассказать тебе, мой читатель, о том, как я менялась. О том, как озорная любопытная девочка превратилась в молодую женщину, которая хотела умереть, и о том, как я выбиралась из этого состояния с помощью психологии, чтобы снова ощутить, что жизнь прекрасна, и ее стоит прожить с удовольствием.

Как вы уже догадались, эта книга — история моей жизни. Она была бы неполной, если бы я не рассказала сначала предысторию. Если тебе, мой дорогой читатель, интересно узнать на примере моей семьи, что из себя представляют парад поколений, наследственность, влияние семейных традиций, то можно начать прочтение книги с приложения, которое находится в самом конце. Там я расскажу о том, что происходило задолго до моего рождения: о своих прадедушках, прабабушках, дедушках и бабушках. Это истории, которые я слышала в детстве. Ну а если у тебя, мой дорогой читатель, нет желания углубляться в далекую историю, то приложение можно пропустить и начать чтение книги непосредственно с моей истории.

Формирование личности человека во многом происходит под влиянием родителей. Именно поэтому я решила начать этот рассказ со своих родителей. Начнем, пожалуй, с папы.

Насколько мне известно, папа с детства был очень веселым и изобретательным мальчиком. Помню, он рассказывал истории о том, как они детьми играли в прятки и он спрятался в зарослях крапивы. Его никто не смог найти. Или о том, как он с друзьями построил двухэтажный дом из снега и льда. Я даже представить себе не могу, как это можно сделать.

В детстве его все называли Славиком, и ему это не нравилось. Поэтому он подобрал для нас, своих детей, имена, от которых нельзя легко образовать уменьшительно-ласкательную форму.