Человек с Луны

8 сентября 1871 года в двенадцать часов дня корвет «Витязь» вошёл в залив Астролябия.

Лязгнула якорная цепь. Пар со свистом вырвался из трубы парохода. С «Витязя» спустили шлюпку, и трое человек прыгнули в неё. Капитан парохода перегнулся через борт и, щурясь от солнца, смотрел на них.

- Николай Николаевич, - крикнул он, - захватили бы ещё людей! Кто их там знает, папуасов этих. Видите, сколько их на берегу. Ещё случится что-нибудь…

Человек в белой шляпе, один из трёх находившихся в лодке, поднял лицо.

Из-под чёрных усов блеснули белые зубы. Он улыбался.

- Не бойтесь, капитан. Ничего со мной не случится.

- А ружьё у вас есть? Где ваше ружьё? Я же говорил вам, чтобы вы захватили оружие!

Человек в белой шляпе покачал головой:

- Есть бусы, есть ленты, есть материя. Зачем мне ружья? Я предпочитаю разговаривать без пороха.

И, махнув шляпой, опустился на скамью шлюпки. Вёсла поднялись, описав полукруг, разрезали воду. Узкий след побежал за рванувшейся вперёд лодкой.

Капитан вытер лоб, покачал головой и уже не громко, а тихо, сквозь зубы, пробормотал себе под нос:

- Только один Миклухо-Маклай способен на это! К дикарям, к людоедам - и вот так: без ружья, без револьвера, без охраны…

Он сердито сунул в рот свою коротенькую трубочку и запыхтел, раскуривая её.

Шлюпка шла к берегу уверенно и быстро. Миклухо-Маклаю казалось, что берег сам наплывает на его маленькое судёнышко. Всё ближе и ближе становилась жёлтая полоса песка. Выше вырастали горы. Тёмная масса густой зелени превращалась в заросли узорчатых пальм. С прибрежных скал свешивались прямо в воду сильные, гибкие ветки вьющихся растений. Ветер доносил пряный и сладкий аромат незнакомых цветов и трав. Между деревьями вдалеке поднимались тонкие струйки дыма. Там жили люди. Люди были и на берегу. Миклухо-Маклай уже ясно различал их. Они робко жались друг к другу, молчаливо ждали приближения шлюпки. Тёмные обнажённые тела блестели на солнце, как хорошо отполированное дерево. Пестрели цветы, воткнутые в густые курчавые волосы.

Миклухо-Маклай, стоя в шлюпке, смотрел на берег. Глаза его внимательно следили за каждым движением столпившихся на берегу людей. Так вот они, его товарищи, с которыми он будет жить столько времени лицом к лицу, с глазу на глаз! Вот они, его будущие друзья, а может быть, и враги, кто знает! Говорят, они до сих пор ещё едят человечье мясо. Белые люди называют их дикарями. Ему столько рассказывали об их жестокости и лукавстве! А они, кажется, сами боятся его. Как хорошо, что он не взял с собой ни оружия, ни охраны! Он приехал к ним как друг, и они должны знать это.

Люди на берегу испуганно зашевелились. Бросившись к кустам, они помедлили две-три минуты, а потом вдруг, как по команде, исчезли в густой чаще зелени. Кокосовый орех, оставленный папуасами, лежал на берегу. Уж не хотели ли они умилостивить пришельцев этим подарком?

- Я не выйду: они боятся меня, - сказал Миклухо-Маклай. - Подождём ещё несколько минут.

И он снова спокойно опустился на скамейку.

Чёрная рука осторожно раздвинула ветви. Высокий человек, вооружённый длинным копьём, медленно шагнул вперёд. Он поднял копьё высоко над головой и знаком показал Маклаю на море.

«Вернись! Уйди от нас! - говорил его жест. - Мы не хотим, чтобы ты был здесь. Мы не знаем тебя. Ты чужой. Ты враг».

Маклай протянул вперёд руку с длинными полосами красной блестящей материи. Он несколько раз взмахнул ими в знак приветствия и бросил далеко перед собой в белую пену прибоя. Волны тихонько потянули ленты за собой и швырнули на камни.

- Гребите назад! - скомандовал Маклай своим спутникам. - При нас они ни за что не притронутся к этим лоскуткам. Отплывём подальше и посмотрим, что будет.

Сильный взмах вёсел отбросил шлюпку назад. Несколько папуасов снова показались на берегу. Робко поглядывая на шлюпку, они вошли в воду. Наконец более храбрый нерешительно протянул руку к красным лоскутьям.

- Гребите вдоль берега, - сказал Маклай. - Видите отмель? Там нет никого, там и выйдем. Здесь мы только испугаем их.

Шлюпка мягко врезалась в песок. Узенькая тропинка начиналась прямо от берега.

- Не ходите за мной. Я скоро вернусь, - сказал Маклай своим спутникам и быстро зашагал вверх по лесной тропинке,

Маклай раздвинул ветки и осмотрелся. Узенькая тропинка привела его к широкой, хорошо утоптанной площадке. Кругом стояли хижины. Их крыши были сделаны из пальмовых листьев, двери были открыты. Окон не было. Свет проникал в жилище только через дверь, и, остановившись у входа, Маклай с трудом рассмотрел в темноте очаг, сложенный из камней, помост из бамбука, очевидно для спанья, кое-где по стенам связки перьев и раковин, а в глубине, в темноте, под самой крышей, - человеческий череп. Череп был совсем чёрный от копоти, и Маклай заметил его не сразу.

Маклай отошёл от хижины на несколько шагов и остановился на середине площадки.