Человек, который так и не приехал

В оформлении обложки использована художественная работа автора. Иллюстрации – также художественная работа автора.

– Эта чиво у тебя, дай-ка позырить…

Фу! «Приключения прекрасной покойницы»,

-бульварное чтиво.

Копыто со стуком втемяшилось

в обложку, придавив книгу к земле.

– Чё б ты понимал, маленький медвежонок,

– раздраженно буркнул Иа, лупцуя

себя хвостом по бокам,

– это готишный роман! XIII век!

Срындивиковая Англия!

Боб О’Рики «Вини-Пух и Дивный Новый Мир»

В первый день у меня только один урок должен быть, третий, но я специально к первому пришла, ну чтобы познакомиться со всеми, посмотреть кто есть кто, кто чем дышит. Думала, посижу в учительской пару часов, за всеми понаблюдаю тихонько. Только меня директриса всем представила, то се, «наша коллега… дойч лерерин, язык и литература… надеюсь подружимся…», все, в общем, как положено на новом месте, училки улыбаются, я тоже, руки пожимаем. И тут дверь открывается и входит ОН. Я б меньше удивилась, если б фрау канцлерин ввалилась в розовом пиджаке. Первый день на этой работе, всего неделя в городе, неделя, как я сюда переехала, и здрасьте-пожалуйте, он собственной персоной предо мной.

Мне было четырнадцать, и я втюрилась в него по самую макушку. Тут удивляться нечему, в него полшколы было влюблено, я имею в виду, половину девчачьей половины, хотя… Он умел обаять, очаровать каждого. Даже учителя, все без исключения, и даже директор, мужик придирчивый и раздражительный по кличке Геморрой, все его любили: «Энди написал сочинение не хуже нынешних писателей, Энди почти победил на олимпиаде по физике, четвертое место – это очень высокий результат, Энди будет участвовать в городских соревнованиях по многоборью, единственный от нашей школы…» И конечно, он был красавчик: высокий, стройный, сильные руки, волнистая пышная челка на пол лица. Всегда ходил в черных джинсах и черной футболке с какой-нибудь готичной надписью. Вообще-то в школе такое не приветствовалось, но ему молчаливо дозволялось.

Его имя было Анджей Крански, но ему больше нравилось быть Энди, и все, включая учителей, звали его Энди. Он с матерью приехал из Польши в глубоком детстве. Жили они в квартале за вокзалом среди турок, болгар, сербов и прочих эмигрантов, но ходил он в нашу престижную школу. И как я сейчас понимаю, Энди из кожи вон лез, лишь бы учиться именно здесь, лишь бы вырваться из своего дешевого квартала.

Меня он, безусловно, не замечал. Даже не подозревал о моем существовании. Да и замечать там особо было нечего. Тощая бледная тень, фигура-макаронина без уже положенных по возрасту девичьих выступов. Две спагетины ног до шеи и сразу над ними круглые как у Гарри Поттера очки. Остальное несущественно: белобрысые прямые волосы, остриженные «под гребенку» чуть ниже уха, белая, краснеющая от капли солнца кожа, брекеты, слегка загребающая походка. А ведь я старательно вертелась вокруг него. Я даже набралась смелости и записалась в театральный школьный кружок, где он блистал в главных ролях.