Человек человеку волк (СИ)

Если бы Кайл Маквульф знал, для чего недавно проходил психологический тест вместо тренировки, то на все вопросы, касаемо омег, отвечал бы "валить и трахать". Тогда бы проблем в виде омеги Елены Джеферсон у него бы никогда не возникло.

Но нет, поскольку их вуз подписался на эксперимент "общество без дискриминаций", его поселили в блочном секторе общежития вместе с омегой. Его, доминантного альфу, будущего главу клана Маквульф, с омегой. И теперь на него накладывался ряд обязательств. Первое — ни в чем не принижать омегу, не относиться к ней как к доступной секс-игрушке, второе — держать феромоны "в узде", и третье — ни в коем случае не спать с ней.

Не сказать, что это было трудно сделать. Джеферсон мало походила на тех омег, с которыми Кайлу пришлось встретиться. Она не была высокой или стройной, фигуристой — да, но до идеальных пропорций ещё далеко. Вся её одежда мало отличалась от хлама и пахла как из секонд-хенда. Светлые волосы, постоянно выглядящие сальными, всегда были собраны наверх в неопрятный пучок или непослушными прядями спадали на лицо. Кайл толком не смог бы описать внешность Елены, поскольку особо не всматривался, да она и не позволяла этого делать.

Характер у Джеферсон тоже оставлял желать лучшего. Она не стремилась манипулировать альфами, не лезла к ним в штаны и внешне казалась полностью фригидной сукой, но именно его выбрала объектом травли.

Кайл старался эту стерву игнорировать. Как мог.

Но она нарывалась каждый раз, каждую минуту, стоило им столкнуться лбами на общей территории в ванной комнате.

— В прошлом году альфами совершено тридцать пять изнасилований, которые не были доказаны! — возмущённо сообщила Джеферсон, читая популярный омегавский вестник.

Кайл эту информацию пропустил мимо ушей. Продолжая монотонно чистить зубы, он краем глаза поглядел в зеркало. Сегодня Елена немного расслабилась, позволила лицезреть себя в мятых шортах и растянутой футболке, не дающей возможности оценить её буфера. Хотя, собственно, наплевать.

Кайл не просто игнорировал омег — он их ненавидел. Омеги самые неприятные представители из всех статусов. Лживые, неверные, и всё чаще предатели. В его клане их сразу старались метить, лишая железу способности вырабатывать запах для привлечения других альф, и заставляли рожать каждый год, чтобы не было времени ничем заниматься, кроме детей. А в городе всё обстояло иначе. Здесь было полно независимых и никем не меченных омег и набирало обороты движение за их права и равенство. Не сказать, что Маквульф стремление к эмансипации одобрял, но порядки в его клане оно не затрагивало и раньше он не обращал на него внимания. Вот только живущая в соседней комнате омега относилась к ярым представителям феминистского движения.

И Кайл оказался в эпицентре наглядной демонстрации выдвигаемых омегами требований. Комната Елены напоминала настоящий штаб, помещения совместного пользования были поделены чётко на две части: на территорию альфы и территорию омеги. Причём Кайлу объявили ультимативное требование не переступать черту. А черта была самая настоящая, неровно проведённая красным маркером.

Комната Джеферсон была неотличима от кабинета бойца: обвешанная не розочками и постерами красавчиков, а листовками, вырезками из газет о бесчинствах альф над омегами, страницами из Конституции, отксерокопированными плакатами других лидеров-омег. А каждую пятницу в ней проходило заседание клуба, где Елена докладывала о новых изобретениях в области самообороны для омег.

Маквульф знал, что все альфы завидуют ему, наивно полагая, что он участник частых оргий в компании сладких омежек. Но Кайл лучше бы свернул Джеферсон шею, чем трахнул ее. А пятница для него превратилась в настоящую пытку. Блок переполнялся такими призывными феромонами, что Кайлу приходилось сдерживаться из последний сил, чтобы не накинуться на кого-нибудь.

— Тридцать пять! И ни одно не доказано! — в голосе соседки звучали злость и негодование.

— Если у омег была течка, это насилием не считается, — осмелился выдать своё заключение Кайл, закрывая кран.

Елена дёрнулась, сузила глаза и уставилась на него, как на подосланного шпиона из вражеского стана.

— Это ты так считаешь, — возразила она. — Ты альфа, и потому так считаешь.

Как будто точку поставила.

— Так считает природа, — спокойно возразил Маквульф, подходя к проёму и нависая над Еленой. — В основе взаимоотношений чистая физиология: омега возбуждает — альфа удовлетворяет. Арифметика несложная, ведь так?

Джеферсон опасливо отступила на шаг, насупилась, смяла газету и продолжила сверлить Кайла взглядом.

Тот усмехнулся, беря своё полотенце, неторопливо вытирая лицо и руки.

— Хочешь сказать: всё оправдывают гормоны?