Чего хотят демоны. Кот для Да Винчи

Я – Абифасдон. Демон. Л юбить и жаловать не прошу. Всё понимаю, не послали матом, уже спасибо. Работа адская – судебный пристав, то есть кредитор проданных душ. Внешность соответственная – высок, мускулист, кожа бледно-зелёная, нечешуйчатая, профиль греческий, волосы чёрные, язык нераздвоен. Дресс-код – строгий костюм-тройка, галстук в тон и туфли без пошлого блеска.

Короче, стандартный демон, не «демонстратор измерений» по Асприну. В меру удачлив, в меру непопулярен, карьерным ростом не избалован, а если и есть серьёзные проблемы, то только в личной жизни.

Нет, с женой как раз всё в порядке. Азриэлла умна и красива, мы вместе уже четыре тысячи лет или больше, она скажет точнее, женщины всегда проявляют трогательное внимание к датам. Проблема в ином...

Впрочем, неважно. Вам уж наверняка нет дела до судьбы обыкновенного демона. А если и есть, то чем мне можете помочь вы, люди?

...Я автоматически перечитал адрес, уже не надеясь на свою память за столько-то лет. В этом городе названия улиц меняют едва ли не через каждое столетие. На пустырях растут новые микрорайоны, а старые купеческие особняки сносят ради строительства очередной автозаправки или мини-маркета с едой в пакетиках, по вкусу мало чем отличающейся от своей же упаковки.

А какой там продают кофе-э-э... Шеф хвастался, что состав был разработан в наших секретных лабораториях и первоначально позиционировался как стимулятор желудочных и сердечных заболеваний. Несколько молодых демонов-аспирантов серьёзно отравились при испытаниях, но люди же пьют! Людей ничем не выведешь...

– Надеюсь, что ты дома, смертный,– неуверенно вздохнул я, нажимая клавишу соответствующей квартиры на пульте домофона.

Замигал красный огонёк, противно запищал зуммер, один звонок, другой, третий... Вельзевулова задница, да открывай же!

– Кто там? – послышался мужской голос из динамика.

– Абифасдон. По вашу душу. Здравствуйте.

– Не понял... Это кто?!

– Константин Петрович,– всё ещё безукоризненно вежливо начал я,– вас беспокоят из налоговой службы. Будьте добры, откройте дверь.

– А чего от меня надо налоговой? – как-то подозрительно искренне удивился он.

Неужели за этим типом ещё какие-то грешки, кроме Договора? Ладно, не моё дело.

– В прошлом году вы продали мотоцикл и...

– Я за всё заплатил! По двум квитанциям! А мне, между прочим, пришла третья, с угрозой штрафа, суда и пеней! Вы что там, совсем обалдели, да?

– Не нарывайся, человек! – не сдержавшись, рявкнул я. Быть вежливым утомительно, но надо, работа такая...– Прошу прощения, я хотел сказать, не могли бы вы всё-таки открыть дверь? Нам будет куда удобнее переговорить наедине, а не обсуждать иски государственных служб на радость вашим соседкам.

– Ну... это... логично,– похоже, сдался он.– Только я очень занят, не могли бы вы зайти завтра?

– Убью... никаких нервов с ними не хватит,– тихо пообещал я и громче добавил: – Разумеется, как вам будет удобнее, но завтра я приду с милицией и ордером.

– За что?!

– За всё!!!

– Чёрт с вами, заходите...

Вот это другое дело. Когда тебя благословляют таким образом – грех не зайти. Общеизвестно, что демон не может по собственной воле войти в человеческое жилище, его надо пригласить. Причём не один раз!

Как вы понимаете, нас не так уж часто приглашают. А в последние лет двадцать народ ещё взял моду освящать квартиры. Плюс, до кучи, яхты, дачи, машины, компьютеры и даже сотовые телефоны. Как работать в таких условиях, а?

...Лифт был относительно новый, но стены уже исписаны англо-америкосовской сленговой дрянью. Граффити не искусство, а акт спонтанного уличного вандализма. Тоже наши придумали. Особенно упоительно баллончиковая роспись смотрится на старинных храмах и памятниках архитектуры. Мы поощряем современную молодёжь, надо идти в ногу со временем.

Шестой этаж, сорок восьмая квартира. Теперь надо, чтобы он сам попросил меня войти. Нажимаю кнопку звонка. Тупо жду. Или он оглох, или в туалете, или передумал общаться. Зря, смертный, демоны редко позволяют себя игнорировать.

– Константин Петрович, будьте любезны, откройте дверь. В противном случае я её просто подожгу. Мне несложно, а вы ничего не докажете...

За дверью раздалось напряжённое сопение, и кто-то с той стороны прилип к глазку. Я расслабил плечи, поправил галстук и позволил расползтись по своему лицу самой дружелюбной улыбке.

– Дверь металлическая,– зачем-то сообщил он.

Не хочет пускать...

– Зато обшивка деревянная,– напомнил я. Не хочет он, как же...

– А ваше удостоверение?

Я молча достал из кармана типовую корочку младшего сотрудника отдела по вопросам кредитования и вплотную приставил её к глазку. Всё равно там ни черта не разберёшь. С верхнего этажа неслышно спустилась не в меру любопытная кошка. Вот ведь знает, мерзавка, что их губит, а лезет...