Че Гевара

Основана в 1890 году Ф. Павленковым и продолжена в 1933 году М. Горьким

ВЫПУСК 1818 (1618)

Знак информационной 16 + продукции

© Платошкин Н. Н., 2017

© Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2017

Об этом человеке, наверное, не стоит писать предисловия, потому что в его жизни никогда не будет эпилога.

Эрнесто Че Гевара прожил на этом свете всего 39 лет, но когда пули терзали его истощенное, но несломленное тело в боливийских горах 9 октября 1967 года, его настоящая жизнь только начиналась.

Он посвятил себя людям, а именно в этом залог бессмертия любого человека. Он намного опередил свое время и поэтому при жизни многие не понимали его, другим он казался странным, даже слегка надменным. Так бывает, когда человек завтрашнего дня оказывается заброшенным неведомыми, но прекрасными силами на нашу планету с названием Сегодня.

Он был скромен, застенчив и невероятно самокритичен. От него трудно было дождаться похвалы, и прежде всего в свой собственный адрес.

Он вел дневники, так как не всегда решался доверить окружающим свои сокровенные мысли. И не потому, что считал себя выше — просто иногда эти самые мысли пугали или тревожили его самого.

Он всегда читал, даже тогда, когда смерть стучалась в двери. Ибо людям, в отличие от животного мира, свойственна жажда познания.

Он считал звание Человек высшим на Земле и все его помыслы были направлены на то, чтобы дать этому Человеку достойную его великой миссии жизнь.

Он ошибался, но всегда старался исправлять ошибки не словом, а делом.

Он никого и никогда не оставлял равнодушным — все, кто встретился ему на жизненном пути, уже не могли его забыть.

Автор хотел бы, чтобы каждый, кто встретится с Эрнесто Че Геварой на страницах этой книги, не забывал о нем. Он этого заслуживает, сегодня и завтра. Всегда.

Эрнесто Гевара родился в аргентинском городе Росарио 14 июня 1928 года, хотя, скорее всего, эта дата не является верной.

Аргентинцы всегда считали себя особой частью Латинской Америки, а многие из них вообще были склонны видеть в своей стране латиноамериканскую Европу. Индейцы на крайнем юге Западного полушария были истреблены в многочисленных и крайне жестоких войнах, и белые поселенцы (не только из Испании, но и из Италии и прочих европейских стран) чувствовали себя на завоеванной территории как у себя дома. Практически никаких метисов — только чистая «белая» кровь.

Самомнение аргентинцев и их некоторую гордую обособленность от остальной «отсталой» Латинской Америки усиливало и то, что аргентинцы освободили себя от Испании сами, без помощи Симона Боливара, которого в других странах величали Освободителем с большой буквы. В Аргентине был свой собственный освободитель — Хосе де Сан-Мартин, которого, правда, соотечественники лишили власти и отправили в позорную эмиграцию в Европу[1].

Аргентина на момент рождения будущего команданте Че была самой богатой страной Западного полушария после США. Правда, никакого золота испанцы там не нашли. Аргентина поднялась на говядине и пшенице, которые и стали настоящими Эльдорадо этих мест. Если на Кубе правила «сахарная аристократия», то в Аргентине властвовали «коровьи бароны». Аргентинские гаучо были в мире ничуть не менее популярными, чем их сородичи американские ковбои — герои вестернов. Хвалились аргентинцы и тем, что у них был лучший футбол в мире (о Бразилии как о футбольной нации в 1920—1930-е годы никто в мире и не слыхивал). Если, конечно, не считать маленького упорного Уругвая, который тогда имел наглость соперничать с Аргентиной не только на футбольном поле, но и на мировом мясном рынке. Как раз в 1930 году на первом чемпионате мира по футболу Уругвай дебютировал в качестве чемпиона и отодвинул Аргентину на второе место.

Наконец, прямо перед Первой мировой войной весь мир начал завоевывать главный аргентинский бренд — чувственное и невероятно эротичное по тем временам танго[2]. В Россию танго проникло из Парижа и поначалу было запрещено полицией как непристойное. В СССР его не запрещали, но до войны особо не рекомендовали как продукт растленной и загнивающей буржуазной культуры.

Таким образом, аргентинцы гордились своей страной и поглядывали на латиноамериканских соседей свысока. Эту национальную гордость вынужденно учитывали и США, поэтому американская морская пехота не могла, как в Никарагуа или на Гаити, менять в Буэнос-Айресе неугодные правительства.

Семья Че Гевары[3] принадлежала к сливкам аргентинской аристократии, причем как по отцовской, так и по материнской линиям. По отцу Че был аргентинцем в двенадцатом поколении (абсолютная редкость для страны с молодой историей), по матери — в восьмом.