Карандаш

Рэймонд Чандлер

"Филип Марлоу"

Карандаш

перевод А. Липатова

Вошедший был не грузен, но полнотел. Неискренняя улыбка едва трогала уголки его рта, оставляя губы крепко сжатыми, - он словно боялся проговориться. Двигался он замедленно и как-то расхлябанно, что меня удивило: люди такой комплекции, как правило, живчики. Одет мой гость был в серый костюм, на галстуке стройная ныряльщица демонстрировала длинные ноги и аккуратный задок. Примиряла меня с посетителем, пожалуй, только белая рубашка - я уважаю чистоту и аккуратность. Ботинки, хоть и не подходили по цвету к костюму, были надраены до блеска.

Пока он пробирался мимо меня, я успел внимательно его рассмотреть. Да и он времени не терял: мгновенно окинул взглядом комнату и все зафиксировал. Мне знаком этот тип людей. Гангстер из второразрядных. В кармане брюк или за поясом у него наверняка револьвер, - пиджаки он любит узкие, а это не позволяет носить кобуру под мышкой.

Он осторожно присел. Я устроился напротив, мы посмотрели друг на друга. На его физиономии промелькнуло что-то лисье; я в ответ изобразил внимание без особого интереса, впрочем. Потом взял трубку и кисет с табаком, а ему предложил сигареты.

- Не курю, - проскрипел он, и голос его мне не понравился так же, как одежда и лицо. Пока я набивал трубку, он положил на стол тысячедолларовую купюру - новенькую, чистенькую, только что из-под пресса.

- Вам случалось спасать людям жизнь?

- Бывало.

- Тогда спасите еще раз. Мне.

- То есть?

- Я слышал, Марлоу, что вы с клиентами не хитрите.

- Оттого и беден, как церковная мышь.

- У меня есть два друга, вы можете стать третьим, не обижу. Получите пять штук, если вытащите меня из беды.

- Какой беды?

- Что-то вы с утра разговорчивы. Что, не видно, кто я такой?

- Нет.

- Не бывали в восточных штатах?

- Бывал, но не в вашей компании.

- Какой-такой компании?

Разговор начинал мне наскучивать.

- Послушай, или ты не строишь из себя умника и говоришь по существу, или забирай свою штуку и исчезни.

- Звать меня Икки Россен, и я таки исчезну - и навсегда, если ты чего-нибудь не придумаешь. Усек?

- Усек. Говори, как есть, да побыстрей. У меня нет времени слушать по капле в час.

- Я решил завязать, выйти из игры. А боссы считают так: либо ты скурвился и можешь продать, либо слишком о себе возомнил. Или просто перепугался. Со мной как раз третий случай - я перепуган до смерти. Дела за мной серьезные, но "мокрых" нет. Им-то наплевать, я ведь нарушаю традицию, порядок и все такое - они взяли карандаш и подвели черту. Исполнители уже в пути. А я облажался - спрятался в одной норе, в Вегасе, но они меня перехитрили. Когда я летел в Эл-Эй, меня уже, наверное, пасли, так что они наверняка знают, где я остановился.

- Ну, так перепрячься.

- Поздно. Я уже на крючке.

Он был прав.

- Почему же ты еще на этом свете?

- Ликвидацией занимаются мастера, а они не любят торопиться. Разве ты не знаешь этого?

- Как же, знаю. Солидный торговец из Буффало или хозяин молокозавода из Канзас-Сити - вывеска всегда приличная. Прежде всего, хорошие манеры и неброскость. Спокойные, хорошо одеты, вместе никогда не садятся. Оружие в кейсах, - а с кейсами сейчас ходят все, даже женщины...

- Прямо в точку. А когда самолет сядет, их отправят прямо ко мне, - но не сразу, не из аэропорта. Им торопиться некуда, у них свои люди и среди легавых, и даже в муниципалитете. Пойду я в полицию, скажем, меня выставят в двадцать четыре часа, и куда мне деваться? В Мексику? В Канаду? Достанут.

- А как насчет Австралии?

- У меня нет паспорта. Я живу в Штатах нелегально вот уже двадцать пять лет. Ну, допустим, попаду я в тюрьму, - но не пройдет и часа, как меня выпустят за отсутствием состава преступлений. А на другой стороне улицы меня в машине будут ждать "друзья", чтобы отвезти... не домой, разумеется.

- Ладно, хватит ныть, - сказал я. - Допустим, - но только допустим, что я помогу тебе исчезнуть. А что ты будешь делать дальше?

- Есть одно место. Свою тачку брошу, поеду туда на прокатной, потом куплю какую-нибудь подержанную, потом поменяю на новую. Город достаточно большой, но там безопасно.

- Ну-ну, - сказал я, - слышал я что-то такое про Уичиту. Но ведь и там все могло измениться...

Он хмуро взглянул на меня.

- Ты, Марлоу, не зарывайся.

- А ты мне свои правила не диктуй. Я берусь за твое дело, получаю эту бумажку сразу, а остальные, если все выгорит. И не мешай мне. Может, и мне достанется, тогда принесешь мне красную розу на могилку. Когда прилетает самолет?

- Вечером. Из Нью-Йорка вылетает в девять утра, здесь, наверное, будет в полшестого.

- Но мне будет нужен помощник.

- Какой еще, к черту, помощник?!

- У меня есть знакомая девчонка, она не заговорит и под пытками.

- Ты не имеешь права рисковать девушкой, - сердито сказал Икки.

Я так удивился, что челюсть у меня отвисла чуть не до пояса. Потом я с трудом вернул ее на место.

- Надо же, у тебя и чувства имеются!

- Женщины не созданы для опасных игр, - проворчал Икки.

Я взял купюру и сложил ее пополам, с удовольствием прислушиваясь к ее характерному хрусту.