Центральная Аллея Парка Грез

Мы рождены отдать себя земле

Не наше дело – позже или рано!

Мы были, есть и будем все -

Подпиткой почвы старого каштана.

Но есть сознание, которое стремится,

Ввысь к человеку, с ним совокупиться,

И даже если ты рожден родиться –

Всегда успеешь ты в бесплотный дух перевоплотиться.

Погода говорит мне, жива я или нет

И правильный ли солнечный и лунный свет.

Погода дарит веру, и иногда надежду

И силы выбрать на день свою одежду.

Погодный дисбаланс – он Богом создаётся!

Это аванс природы, что над мирком смеётся

Погода улыбаясь, затягивает пояс.

Грозя попутно пальцем тем, кто проявит голос.

Мрак порождает мрак, свет порождает свет

Любовь светить дана, даже когда ее и нет.

Лелеять и цвести, внутри своих бутонов,

И лепесток трясти, когда он будет полон.

Мрак порождает мрак, поэтому не буду

Дышать одним я кислородом.

С наследниками Вуду.

Я убивать любовь, умею, но не буду.

Мрак порождает мрак, об этом вряд ли я уже забуду!

Твой диагноз: сломанная романтика

Твоя терапия: изоляция, но не "само"

Твой путь в мир: статика и экстатика

Твое время: когда ещё безнадежно рано

Твой любимый цвет: жёлтый, как солнце, и одуванчик

Твой любимый север – юг, а кровать – диванчик…

Твой диагноз – сломанная романтика…

Но ведь можно ее еще починить?

Мне не хватило злости дойти до конца

Под самым финишом дуло сдулось.

Мне не хватило власти послать гонца -

Туда где солнце внезапно проснулось.

Хотела я быть острее, злее

Хотела всех держать в кулаке.

Но удержать на своей тонкой, женской шее -

Не получилось, большая рыба не держится на маленьком поплавке.

В вены введен любви яд.

Взору предстал его взгляд.

Капелька крови пылает -

Яд этот твой отвергает.

Будущий рай не для всех.

Могут быть вечны лишь Бога устои.

В вены введен элемент под названием "успех".

Теперь нас таких будет двое.

Дворецкий, покинь ее. Графиня – мертва…

И бледные руки без жизни повисли…

Была ли счастливой при жизни едва,

Такой ее делали лишь ее мысли…

Дворецкий, оставь ее, челядь не беспокой!

Ей много не нужно, лишь капельку злости,

Чтобы самой – покончить с собой.

Чтобы отдать в мир иной свои кости.

Дворецкий, прощай! Твой хозяин пришел!

Быть может ты знал что ее так терзало?

Что в ней дворянин молодой не нашел,

Что прочь понесло из балетного зала?

Дворецкий, покинь ее, ибо мертва.

Ничто не сугложет ее с вами боле,

Я верю, что сон ее начат, едва,

Когда прекратится стон адской юдоли.

Не заземляй путей моих, судьба!

Хочу парить и щебетать!

Не углубляй проблем, едва -

Смогла бы снова их создать.

Растопчет сердце талый лёд!

Сгрызет ум глупые надежды!

Не заземляй путей моих судьба!

И не меняй их ветхие одежды!

Я мчусь в Нью-Йорк на всех парах!

Меня там ждёт другая жизнь…

И пусть спасут Ра и Аллах,

Я буду в Гарлеме служить.

Хочу узнать секрет у "черных".

Хочу я покорить Бродвей!

Хочу летать на чартерах – условно:

Чтобы Америка из всех щелей!

Пусть станет притчей во языцах

Фамилия моя ин рашн

Возьму я имя : "Пэтти Смитсон"

И буду кушать западные каши.

Я буду жить, как скажет Байден!

Я буду вторить Эминему!

Я мчусь в Нью-Йорк, пора Арбайтен!

Пусть стану героиней мемов!

Нет, мне не место среди ляхов,

Нет, не хохолка, не еврейка!

Я просто вместе с личным прахом,

Потестю в Сентрал Парке "лейку".

Хочу я умереть в Нью-Йорке!

Как Бродский, как танцовщик Миша!

Ой, Мишка жив ещё, но не суть важно!

Он меня здесь ведь не услышит?!

Нью-Йорк зовёт, и будит утром.

Он говорит: "Поторопись"!

Иначе станешь ты забытой

Гражданкой Портленда. Проснись!

Меня замотало в парус.

Я сделала из него платье.

Моя роль – вовсе не Фауст.

И это мой приговор.

Отважный эквилибрист Альберт

Напишет маслом картину

Как парус пленяет Джоконду -

Но это уже перебор.

Девственный лес… – посмотри.

Сколько бы ты мне не пел о любви ?…

Знаю одно, одиночество – бес.

И не снаружи оно, а внутри.

Жизнь нам диктует сюжеты

Наш выбор – их проживать.

В кассе нам дали билеты.

Бессмысленно их отдавать.

Честно, я толком не знаю…

Таю или страдаю.

Знаю одно, я взлетаю,

От одного слова "быть".

Крышка бутылку закроет,

Море волною накроет,

Счастье меня так и кроет !

Я так хочу полюбить!

От пошлости тошнит

От примитива тошно

И тянет как магнит

Загробный мир иной.

Но как же вдруг бодрит!

Когда так непритворно

Смертельный лик маячит

Над твоею головой.

Ты – смертоносное орудие

Твой хвост наполнен смертоносным ядом

Мой скорпион, с котором грудь моя

Вздымается, когда ты рядом.

Опасен ты смертелен, точен,

Твой яд под душу зла заточен,

Ты хочешь быть убийцей мрака,

И такова твоя душа.

Ты снайпер солнечного леса,

Мой голубой огонь преграды,

Я знаю внутреннего беса,

И я всегда ему тут рада.

Хочу я из толпы умчаться,

В леса, где нам, токсичным, место.

Хочу с тобой хотеть кусаться,

Тогда, когда нам мало места.

Бежать вдвоем, соревноваться,

Лететь и таять словно птицы…

Ты пригласил меня пытаться,

И я решила не родиться.

А быть, как будто так и нужно,

А быть, как будто лес зажёгся,

Пусть догорит твоя конюшня —

Я знаю, с нею ты обжёгся,

Китай и Африка едины.

С тобою мы – два исполина.

Хотим держать обет о дружбе.

Сложить друг с другом свои ружья.

Все бывшие и ни одного настоящего