Цена Веры

Внимание! Это – черновик любительского перевода!

Редакторы, корректоры и бета-тестеры сюда не заглядывали!

Читать строго на свой страх и риск!

Посвящается Дейву, как доказательство,

что злейшие враги могут стать лучшими друзьями.

Не впервые за последнее время Танкуил проснулся привязанным к кровати. Он рассмеялся и заморгал, стараясь стряхнуть остатки сна. Джеззет сидела на краю постели и наблюдала за ним, криво улыбаясь уголком рта. Он некоторое время смотрел на неё, и его глаза увлажнялись от вида её длинных рыжих волос, смуглой кожи, неземного красного сияния.

– Погоди, – сказал Танкуил, тряся головой. Ты ведь не Джез. Чёрт, кто ты? И… почему ты светишься?

Призрачная женщина на краю постели низко, гортанно рассмеялась, изящно встала и подошла ближе. Танкуил осмотрел комнату и понял, что он всё ещё в гостинице, в той же самой комнате, которую снял прошлым вечером. Дверь на вид всё ещё казалась запертой, а окно закрытым. Весьма досадным был вопрос, как именно женщине удалось проникнуть, но сейчас у него были дела важнее.

– Это сон? – спросил он женщину. – Поскольку, если да, то может быть ты…

– Физически я не здесь, арбитр, – сказала она, садясь на кровать у его груди. Её голос был тёплым и медовым, а глаза сверкали, как кинжал на солнце – опасно и слепяще.

– Тогда как ты связала мои руки? – Танкуил вытянул шею и посмотрел на правую руку. Дерево кровати проросло и стянуло половину его руки. – О-о… понятно.

– Я не желаю причинять тебе вред, арбитр, – сказало видение, положив призрачную руку ему на грудь. Он почувствовал покалывание в том месте, где мягкое красное сияние коснулось кожи.

– Хм… кто ты?

Она рассмеялась.

– Я та женщина, которую ты преследуешь.

– Ведьма, – выдохнул Танкуил. – Что ж, это, наверное, многое объясняет. – Он подёргал узы, крепко державшие его руки, но те не поддавались. Ноги были свободны, но со скованными руками он совершенно застрял. – Чего ты хочешь?

Ведьма улыбнулась. Она была удивительно красивой, и не только на лицо. Все изгибы её тела подчёркивались при каждом движении. Ярко-рыжие волосы цвета раскалённой стали, а глаза глубокие и серые, словно грозовая туча. Мягкое красное сияние, окружавшее её, лишь усиливало красоту, придавая ведьме опасный вид. За последние два года Танкуил понял, что у него есть слабость к опасным женщинам.

– Чего я хочу? – ответила она. – Я хочу отпустить тебя невредимым, арбитр. Я хочу, чтобы ты прекратил меня преследовать.

Танкуил фыркнул.

– Этого я сделать не могу.

– Почему?

– Ну… ты ведьма, а я охотник на ведьм. Этим я занимаюсь.

– Я думала, таким как ты не нравится термин "охотник на ведьм", – сказала она. Улыбка по-прежнему играла у неё на губах, но глаз не затрагивала.

– В этой конкретной ситуации, – сказал Танкуил, – он подходит.

Видение глубоко вдохнуло, её корсаж поднялся, и стала отчётливо видна ложбинка между грудей. Танкуил сглотнул и попытался думать о чём-нибудь другом, о чём угодно. Ему это не удалось. Потом ведьма вздохнула.

– Тогда у меня будет к тебе иная просьба, арбитр.

– Что ж, это немного навязчиво, но думаю, я смогу найти время, чтобы тебя выслушать.

Ведьма посмотрела на него, её лицо потемнело от отвращения.

– Я хочу, чтобы ты сгорел! – А потом она пропала, исчезла, словно её и не было.

Танкуил вдохнул и неровно выдохнул. Уж конечно она не первая ведьма, за которой он охотился, но быстро становилась самой проблематичной. Всего два дня назад его лошадь споткнулась и сломала ногу. Такое событие во всех смыслах не назовёшь неслыханным, но это была уже третья лошадь за три недели. И к тому же погода, которая до того была сравнительно мягкой для этого времени года в Драконьей империи, внезапно стала беспрецедентно ухудшаться. Сначала прошла гроза без дождя – такая сильная, что удары молний опалили всю окружающую землю и подожгли амбар, в котором остановился Танкуил. Но даже гроза меркла по сравнению с другим погодным феноменом: ветер хлестал так неистово, что свернулся в вихрь кружащегося воздуха, который, касаясь земли, вырывал здания, почву и всё, что оказывалось на его пути. Некоторые жители окрестных деревень кивали, заявляя, что иногда такое случалось и раньше, но не в это время года, и никогда так неожиданно. Танкуил же отлично понимал, что к чему – он опознал признаки маги, как только увидел этот вихрь.

Лёжа на кровати, Танкуил сместил свой вес, собрался с духом и попытался высвободить руки из уз, но те по-прежнему не поддавались. Он подумал, что за магия может контролировать мёртвое дерево, заставив расти и скручиваться в такую форму, но это ему предстояло выяснить позже.