Бывший лучший друг

— Я не хочу ехать, — аппетитные губки так заманчиво надуваются, что хочется их укусить.

— Почему нет? — всё же вступаю в этот спор, хотя знаю, что поедет

— Там будет этот?

— Кто этот?

— Ты знаешь, о ком я. Этот, твой друг. Как его там? — она морщит лоб, словно пытается вспомнить имя.

— Это невежливо, Милл! Ты прекрасно знаешь, как зовут нашего общего друга, — с укором смотрю на неё.

— О нет, нет, нет! — отрицательно размахивает ручками. — Теперь это твой друг. Твой, только твой, и это не обсуждается!

— Вы вместе выросли, да вы рядом на горшках сидели. Когда ты, наконец, его простишь?

— Мне не за что его прощать, — как-то отчаянно вздыхает.

С тех пор столько воды утекло, и мне казалось, что Милла уже всё позабыла. Двигается дальше, со мной.

— Хорошо, — примирительно говорю ей, — давай закончим этот бесполезный спор, — с минуту молчу, смотрю с наигранной мольбой. — Поехали, а?

— Я не хочу, — разворачивается, виляя соблазнительными бедрами, проходит в ванную. На ней всё ещё минимум одежды, лишь комплект нижнего белья. Словно завороженный этим зрелищем, иду за ней по пятам. Вот же дьяволица! Нам через пять минут выезжать, и она поедет, просто нужно сменить тактику.

Смотрю на то, как она поправляет макияж, разглядывая идеальное лицо в большое настенное зеркало. Подхожу сзади, обвиваю руками тонкую талию. Откидываю черные шелковистые волосы, оголяя плечо и шею. Прохожусь нежными поцелуями по бархатистой коже. Тело Миллы молниеносно реагирует, спина выгибается, льнёт к моей груди, и я уже жалею, что рубашка надета, а галстук туго завязан.

— Поехали, — сквозь поцелуи шепчу ей, покусывая мочку.

— Влад, — шепчет девушка, томно вздыхая.

Я почти у цели! Ловлю её взгляд в зеркале… Лицо непреклонное, а голубые глаза хитрющие-прехитрющие. Вот же чёрт!

— Паша ждёт нас, ты же знаешь, — со вздохом отстраняюсь, разворачиваю к себе лицом. Опускаю руки ей на плечи, заглядываю в глаза, изображая совершенно серьезный вид.

— В честь чего мероприятие? — всё-таки уточняет Милла.

— Он взял титул, — коротко отвечаю, ей не требуется объяснений. В вопросе ринга и боёв девушка осведомлена лучше, чем кто либо. Она, в конце концов, провела много лет за натянутыми канатами, скандируя имя тогда ещё лучшего друга. Паша. Паша Бесов. Теперь его зовут Бес!

Милла

Влад паркует машину на переполненной стоянке, возле гостиницы «Ока». Первый этаж десятиэтажного роскошного здания занимает ресторан с одноименным названием.

— Ты прекрасна! — шепчет мне в волосы Владик, обдавая дыханием кожу. Его руки ложатся мне на талию, и тело двигается к парадному входу. Разум хочет развернуться и убежать со стоянки или даже из города. Но телом так легко управлять. Влад, словно медведь, сгребает меня, настойчиво подталкивая к двери. Я не хочу идти. Зачем я согласилась?

— Давай договоримся, — притормаживаю в метре от входа, цепляясь каблуками за асфальт.

— О чём? — вздыхает слегка раздраженный Владик.

— Что мы ненадолго. Например, на час.

— Два, — тут же выставляет свои требования парень.

— Ладно, — говорю с кислым лицом и сразу натягиваю фальшивую улыбку. Беру его под массивную руку, вышагивая с ним в ногу. Дурачусь, пытаясь спрятать за маской веселья то желание и нежелание вновь увидеть бывшего лучшего друга.

— Перестань так лыбиться, — не шевеля губами, шепчет мой спутник. — Ты выглядишь так, будто тебе по голове прилетело.

— А может, и прилетело, — с сарказмом отвечаю ему. — Я возле ринга много лет провела. Всякое могло случиться.

Проходим большой зал с гардеробом. На дворе жаркое лето, снимать с себя особо нечего, поэтому сразу направляемся в ресторан.

— Ого, — восхищается Влад масштабами мероприятия.

С чего бы это? Он ни одной подобной вечеринки не пропустил, это я отнекивалась, как могла. Вот уже, сколько? Полтора года?

— Ой, ну подумаешь, — брезгливо говорю своему спутнику, а заодно и проходящим мимо людям. — Ну фуршет, ну живая музыка, ну пузатики в костюмах с дорогим приложением в виде любовниц. Дорого-богато, ничего особенного. — Влад, как будто в шутку, пытается прикрыть мне рот. — Все мы давно знаем о раздутом эго нашего дорого Павлика.

— Ну не будь такой букой… Что тебе положить? — останавливается возле длинного стола, ломящегося от яств. Живот предательски урчит, и я невольно поглаживаю его рукой. Я бы поела.

— А ты не хочешь сперва найти виновника торжества?

— Он сам нас найдёт, — кивает куда-то за мою спину Влад.

Оборачиваюсь, вижу, как в окружении нескольких мужчин мелькают широкие плечи, облаченные в спортивную толстовку. Ну конечно, даже на своей вечеринке не может выглядеть презентабельно.

— Поешь, — вручает мне тарелку Владик, причмокивая.

— Спасибо, — нахожу свободный стул, выставив тарелку на колени.

Не могу есть стоя. Все присутствующие каким- то образом передвигаются по залу с тарелками или бокалами в руке, умудряются и есть, и пить, и общаться. Как они это делают? Ума не приложу. Может, я просто не создана для светских раутов?