Быть отцом! Звездные папы о своем родительском опыте

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви

ИС Р17-704-0124

Мы живем в такое время, когда культурные требования к мужчине активно расширяются. Раньше мужчины, грубо говоря, делились на пьющих и непьющих. Если ты – несильно пьющий, а следовательно, почти не колотишь своих домочадцев и более-менее регулярно приносишь домой деньги – то, в общем, ты как отец и муж, считай, вполне состоялся. Жена и родители хвастаются тобой перед соседями, и на работе ты на хорошем счету.

В наш век от мужчины ожидают большего: он должен быть и интересным собеседником, и развиваться как личность, и быть грамотным воспитателем. Так как для нас, мужчин, возможность уважать себя зиждется в ответе на вопрос «Получилось у меня или не получилось?», поводов усомниться в своей успешности, адекватности у нас теперь множество.

В сфере родительства это беспокойство усугубляется еще и тем, что основная масса литературы по воспитанию посвящена, скорее, прокачке «женских» навыков: активного слушания, сострадания, умения войти в положение ребенка.

Конечно, я немного утрирую, но, если слушать весь хор популярной психологической литературы, получается, что хорошим отцом станет тот мужчина, который научится быть для ребенка еще одной хорошей, поддерживающей матерью.

А куда мужчине девать сердитость, требовательность, желание научить чему-то трудному, грубость, волевые качества, агрессию? С одной стороны, он должен быть «стеной»: надежным, нерушимым, крепким. Казалось бы, это как раз связано с умением игнорировать чувства, упорством и непримиримостью по отношению к врагам.

С другой стороны, «стена» должна быть очень великодушной, общительной, нежной, сострадающей. Так же как женщины страдают от двойной деятельной нагрузки (и на работу ходить, и о детях заботиться), мужчины страдают от двойной эмоциональной нагрузки (быть и твердым, и мягким).

Выход здесь, видимо, в том, чтобы быть живым, уметь адаптироваться, переключаться. Иногда больше доверять себе и идти наперекор женским и детским капризам, проявляя жесткость и «нечуткость». Иногда – проявлять великодушие и снимать броню: позволить супруге «выстрелить» все свои претензии к планете Земля в целом и к своему несовершенному мужу в частности, разрешить дочке разрисовать папе лицо губной помадой или простить сыну двойку по математике, заметив, как парень сам расстроен из-за случившегося.

Пытаясь соответствовать противоречивым требованиям, отцы, прямо скажем, иногда оказываются не на высоте, и тогда женщины начинают общаться с ними как с бестолковыми подростками.

Чтобы избежать унижения, мужчины эмоционально устраняются из жизни семьи, прячутся на работе и в гараже, а женщины чувствуют себя брошенными и, следовательно, еще больше сердятся, еще больнее «кусаются».

Здесь мне кажется важным делать усилия с обеих сторон и стараться, несмотря на обидный текст, заметить боль, нужду каждого супруга. Только так можно преодолеть «презумпцию виновности» и стать эффективным и взаимонасыщающим тандемом.

Почему я решил принять участие в создании этой книги? хотя среди моих клиентов немало мужчин, в целом можно сказать, что мужчины, в отличие от женщин, не очень склонны обсуждать с кем-то свои душевные переживания. Вот почему в своих комментариях я хотел коснуться тех вопросов, которыми нередко задаются отцы (в том числе и я сам).

Я надеюсь, что мои рассуждения подтвердят отцам, что они не одиноки, поддержат их в способности доверять своим принципам и интуиции.

А кто-то, может быть, сможет, наоборот, увидеть привычную ситуацию в непривычном свете и захочет попробовать что-то новое в своих отношениях с сыном или дочерью.

Понятно, что среди читателей этого мужского издания будет немало представительниц прекрасной половины человечества. Все, что касается семьи, отношений, воспитания, вызывает у них активный интерес. Тем более когда о таких вопросах добровольно рассуждают мужчины – в обычных условиях из некоторых мужей клещами не вытянешь, что они думают и что переживают. Я надеюсь, что чтение этой книги поможет женщинам отнестись к различиям между отцовством и материнством с меньшей тревогой, а скорее, с интересом. А в чем-то, наоборот, убедиться, что в глубине души мужчины тоже люди: так же как и женщины чего-то боятся, на что-то обижаются, тоже хотят быть понятыми и признанными.

А еще участием в этой книге я бы хотел выразить благодарность моему собственному отцу. Во-первых, для него выход книги с моей (нашей) фамилией является событием. Во-вторых, знакомство папы с моими размышлениями, вероятно, даст нам повод для разговора о нем, обо мне, о наших отношениях. А может быть, эти комментарии натолкнут его на какие-то воспоминания, которые он позабыл, и я узнаю что-то новое о нашей семье и о его понимании отцовства.

Психолог Петр Дмитриевский