Бумеранг (СИ)

— Смелее.

— Может, не надо?..

— Надо. И не жалей.

— Как я с этим жить буду? Ночи уже хватило, всю жизнь вспоминать буду, так ещё это?!

— Если тебе на меня не плевать, если ты не хочешь, чтобы всё сейчас развалилось — бей немедленно! Один раз потерплю, ничего мне не сделается.

— Ты не понимаешь, чего просишь… У меня рука не поднимется.

— Чёрт тебя дери! Либо бей, либо никогда меня больше не увидишь!

Звук удара гасит свет в глазах.

***

Игорь крутанул ручку смесителя и сунул лохматую голову пассии под забившую ледяную струю. Жанка завизжала с неистовством банши, аж стаканчик на полке задребезжал.

— Руки убрал! — верещала девушка, лягаясь ногами во все стороны.

— Уберу, как успокоишься.

Жанка в ответ прибавила звука и перешла на рычание, плавно переходящее в истерику. Она готовилась к выступлению заранее — сегодняшним вечером разыграла чудовищный скандал в ресторане, с душой и выдумкой, как она любит. Переколотила все тарелки со стола, обложила несчастных официантиков матом, и было бы, мз-за чего — вместо тёплой воды с лимоном ей принесли холодную минералку. На ровном месте развернула такое шоу, закачаешься. И ведь срать ей на эту дурацкую воду, Игорь знал. Просто темперамент потребовал выхода именно в такой неподходящий момент. Бедная администраторша смотрела оленьими глазами, медведи-охранники замялись на подступах — Игорь не последний человек в городе, ещё и клиент постоянный, как тут его кралю в двери выкидывать? В сервисе такое не предусмотрено. Пришло самому проблему устранять. Брать Жанку под белы рученьки и тащить в машину, попутно глядя, как бы она с чужого стола скатерть не потянула. Бешеная девка извивалась, как пучок змей, но кое-как угомонилась. Провожавшая администраторша сделала жест, будто расписывалась, Игорь понятливо кивнул — счёт за разгул мятежной души оплачивать, конечно же, ему.

Вместо того, чтобы пихнуть Жанку в провонявший бензином багажник, как она того заслуживала, он просто затолкал её на заднее сидение, предварительно шлёпнув по лицу. Не сильно, чтобы угомонить наконец, но девушка тут же сжалась и зашмыгала тонким носом — бедная-бедная, незаслуженно обиженная детка. Когда-то это правда действовало. Жанкина агрессивная красота, тюнингом доведённая до совершенства, дрожащие ресницы, хрустальные слёзки в блестящих глазках срабатывали безотказно, и весь праведный гнев Игоря улетучивался. Дальше сценарий всегда был один: пожалеть-приголубить, извиниться поездкой за очередными брюликами, а там и квантовый скачок прямиком в постель. Жанка обожала драму и жить спокойно не могла, всё-то у неё должно быть выкручено на макисмум, а Игорь тихо зверел, чувствуя, как в реальном времени расшатываются его нервы. Не хватает его на такие бури.

— На выход! — буркнул он, когда они доехали. Жанка, осознав, что пополнения в коллекции брюликов на горизонте не светит, открыла второй раунд обвиняющих воплей.

И тогда, потеряв последние крохи терпения, Игорь затащил её на второй этаж и устроил холодный душ. В буквальном смысле.

Ближе к полуночи, когда нарыдавшаяся до икоты Жанка заглотила снотворного и уснула спокойным младенческим сном, Игорь сидел в гостиной, вульгарно отхлёбывая восьмилетний коньяк прямо из горла и вёл с самим собой беседы за жизнь. Он не дурак, понимает, что дальше так продолжаться не может — и так уже волосы выпадать начали. Но от Жанки так просто не избавиться. Мало того, что девка по природе своей скандальная, так ещё и аудиторию в соцсетях собрала — сообща они устроят Игорю такое, что остальные волосы он вырвет сам. Может, просто бабла ей сунуть побольше напоследок? Кривая ухмылка перекосила его лицо — в Жанку и так вложено, как в кирпичный завод. Мысли бегали по кругу, уныние уравновешивалось только долгожданной тишиной, подпиравшей его, как тоненькая щепочка огромный валун.

Телефонный звонок вырвал Игоря из прострации, в которой он почти растворился. Чертыхнувшись, он скосил глаз в сторону телефона — трубку брать не хотелось. Поздно уже, и так удобно сидеть… Но за первым звонком последовал второй, а там и третий. Игорь с тихим рыком схватил телефон, всерьёз намереваясь расколотить его о каминную доску, но увидел контакт — и замер. В последний раз Мишаня звонил ему… Даже не вспомнить, когда. Прежние друзья нынче даже не общались, только на праздники по привычке скидывали безликие поздравления.

Автоматическим жестом Игорь принял звонок, но и слова сказать не успел, как в динамике выдохнули:

— Юлька объявилась. Я её встретил.

— Что ты несё… — начал Игорь, от алкоголя и сонливости мало соображающий, но услышанное врезалось в его мозг многотонной бомбой и разорвалось. Он едва не свалился вместе с креслом; из опрокинутой бутылки на пол полилась струйка коньяка. Пальцы стиснулись на деревянной ручке, едва не раскрошив её в щепки. — Кто?!

— Сам знаешь, — тихо и мрачно донеслось в ответ. — Прямо у своего дома. Чуть ли не у порога, Гарь. Избитую. В рванье каком-то. И… — пауза, от которой у Игоря кишки скрутило в морской узел, — изнасилованную.

— Миш, ты там нажрался, что ли? Ты себя слышишь вообще?