Бумеранг

За спором – спор.

За ссорой – снова ссора.

Не сосчитать «атак» и «контратак»…

Тогда любовь пошла парламентёром —

Над нею белый заметался флаг.

Полотнище, конечно, не защита.

Но шла Любовь, не опуская глаз,

И, безоружная, была добита…

Зато из праха гордость поднялась.

/Юлия Друнина/

Что за ад – оскорбленная гордость.

/Адам Мицкевич/

ЧАСТЬ 1

ГЛАВА 1

– Откуда они у тебя? – голос говорившего дрожал. – Неужели ты снова… Мне не нужны деньги, из-за которых я потеряю брата!

Парень, которому был задан вопрос, жёстко усмехнулся.

– Не волнуйся. Всё нормально. Ничего страшного не произошло!

Андрей тяжело выдохнул:

– Ты опять?! После всего… Не верю!

– Опять? Да я никогда и не завязывал! А что ты бы мне посоветовал? Ждать её смерти? Просто ждать?

– Я нашёл бы выход.

Брат колко засмеялся:

– Представляешь, какая это сумма?! Обо мне не переживай. Я сумею за себя постоять. Всегда умел!

– Но даже ОН всё бросил! Не думал, что ты пойдёшь против Дубравова!

Глаза Алика расширились, словно от пощёчины. Он чуть заметно усмехнулся:

– Мне пора. Передай деньги доктору, – потом совсем другим тоном, тихо добавил. – Пойду против Дубравова? Андрей, меня многие будут ненавидеть. Сотни хотеть убить. Я это заслужил… Но не хочу, чтобы и ты был такого же мнения. А, впрочем, решай сам.

– Почему ты не появляешься в больнице?

– Так лучше. Если будет время, заеду. Можешь взять мой мотоцикл, я всё равно им не пользуюсь, – бросив ключи, брат вышел.

Андрей провёл рукой по лицу, пытаясь успокоиться. Глаза наткнулись на пачки зелёных купюр. Он попытался их взять, но рука отдёрнулась, как будто обожглась. Парень обессиленно опустился в кресло. С фотографии на столике ему улыбались родные лица. Смотря на фото, Андрей вновь оказался там. Даже ощутил свежесть морозного, зимнего вечера. Тогда они, всей семьей отдыхали в горах. Им редко удавалось, вот так, вместе выбраться. Мама, отец смеялись, на лицах играл румянец. С неба падал пушистый снег. Парень с горечью осознавал, что этого чувства больше никогда не испытает. Чувства беззаботного счастья. А ведь не прошло и двух лет! Как же всё изменилось за это короткое время. Самые близкие люди стали чужими. А теперь он терял и брата, не в силах что-то изменить.

В их семье, где царил холод и отчуждение, Андрей всей душой тянулся к младшему брату. К такому живому, непосредственному. Иногда дерзость мальчугана шокировала, но только он мог разогнать одиночество, бывшее нераздельным обитателем их дома. После очередной ссоры родителей Андрею становилось тоскливо. Обширный бизнес отца требовал много времени. Мать не жаловалась, терпеливо ожидая. Но иногда она, не сдерживая слёз, молила:

– Сережа, не будь так жесток. Я люблю тебя, ничего не требуя взамен. Мне достаточно знать, что ты жив, что с тобой всё в порядке! Прошу, именем Алика…

По лицу Дубравова скользила холодная улыбка:

– А вот шантажировать меня не выйдет. Ты здесь только для того, чтобы у Саши была полноценная семья. Если посмеешь открыть рот… Если в чём-то не исполнишь свою роль, твоя жизнь не будет стоить и копейки!

– Больше всего, я боюсь потерять тебя! Я забыла, что такое спокойный сон!

– Ты знала, кто я! – циничного усмехался отец. – Терпеть истерики я не намерен!

Не обращая внимания на слёзы жены, Дубравов уходил. Эти проносившиеся грозовые тучи пугали Андрея. Поговорить с матерью он не решался, не желая причинить ей боль. Хотя мальчик и любил отца, но побаивался его. Даже когда тот шутил, от него веяло холодом. Единственный, кто мог выслушать и успокоить, был младший брат.

Алик хитро прищуривал свои голубые глаза, безапелляционно заявляя:

– Ну и что тебя беспокоит? Мама, как любая женщина, способна преувеличивать. Запомни, они все такие! Боятся, сами не зная чего. К тому же постоянно требуют внимания.

– Знаток женской психологии нашёлся! – чувствуя, как тяжесть на сердце исчезает, улыбался Андрей.

– А то! Их надо держать в строгости, чтобы знали своё место.

Иногда казалось, от брата исходит незримый свет, разгоняя все трудности. В то же время, он мог быть очень жестоким. Только с отцом Алик открыто, доверительно беседовал. Дубравову принадлежали сети магазинов. Много филиалов находилось за рубежом. И это лишь малая часть настоящего бизнеса Сергея. Андрей и Аня понимали постоянное его отсутствие. Но вот Алика такое положение не устраивало. Он требовал к себе внимание, шёл на открытые конфликты. И удивительно, отец уступал. Прощая даже самые дерзкие выходки. Когда говорил младший сын, в глазах Дубравова играла усмешка. В спорах всегда побеждал Алик, какими бы абсурдными не были его требования…

Поднимая фотографию, Андрей с болью прошептал:

– Нет, он не такой как ты! – и всё же осознавал, что обманывает себя. Доказательством служили тугие пачки иностранной валюты.