Булка цвета лисьего хвоста

Нон-тян[1] увидела лисёнка Кона на лесной поляне в горах.

Снег уже совсем стаял, и буковый лес вокруг полянки оделся в бледно-зелёный наряд. Сверкала свежая хвоя лиственниц. Дикие голуби глухо ворковали от удовольствия: «Бу-бу-бу…».

На поляне цвели весёлыми облачками голубые цветы инуфугури — будто синее небо опрокинулось на землю, — звенели в свои звоночки колокольчики.

Налетел ветер, и пушистые одуванчики поспешно подняли головы, а между ними, мелко дрожа крылышками, летали пчелы.

Нон-тян рвала одуванчики. Её сильно клонило ко сну, — всё кругом было таким сонным и тёплым.

Но что это? На полянку вдруг прилетел ярко-красный воздушный шар, и тут же чей-то тонкий голосок сказал:

— Подожди, красный цветок, не улетай!

Нон-тян не услышала толоса — её занимал воздушный шарик. С тех пор как она приехала из Токио и поселилась с папой-художником в этих горах, она ещё ни разу не видела здесь воздушного шарика.

Нон-тян бросилась к шарику и стукнулась обо что-то твёрдое.

— Ай! Больно! — заплакала она, но, всхлипнув разок, умолкла. Нон-тян была совсем взрослой девочкой, ходила в первый класс деревенской школы, и плакать было стыдно.

И тут она подумала: «Странно! Воздушный шарик такой лёгкий, а стукнул так больно».

Нон-тян вытерла глаза и оглянулась. И в тот же миг подскочила на месте: рядом сидел маленький лисёнок и плакал. Он плакал, всхлипывая, совсем как она. Нон-тян поскорее вытащила носовой платок и вытерла ему слезы. А заодно и всё лицо.

Лисёнок удивлённо поднял глаза и, заметив Нон-тян, испуганно вскочил на ноги и насторожился.

— Извини, пожалуйста, у меня голова как камень, — сказал он. И спросил, чуть не плача: — А куда же делся красный цветок? Я так долго за ним бежал. — И он взглянул на небо.

— Красный цветок? Ты про шарик говоришь? Сейчас поймаю.

Воздушный шарик остановился у ручейка, журчащего в траве. Он размышлял: переправиться через ручеёк или нет? И когда Нон-тян побежала за ним, он как раз надумал перепрыгнуть на другой берег и уже двинулся было с места, но тут его схватила Нон-тян.

— Вот, возьми, — ласково сказала она лисёнку. — Мне не надо. Вернёмся в Токио, папа мне купит. — И добавила:- Извини! Меня зовут Нон-тян. Давай дружить.

— Давай! Моё имя Кон.

Нон-тян протянула шарик лисёнку и тут заметила белый бумажный пакетик, привязанный к концу нитки.

— Подержи-ка шарик, Нон-тян. Я взгляну, что здесь такое.

Нон-тян развернула бумагу и увидела листок, на котором кривыми буквами было написано: «Пусть вырастет много цветов!».

В бумагу был завёрнут ещё и пакетик с чёрными семенами, и такими же кривыми буквами было выведено: «Космея».

— Ага! Понятно. Эту записку написал какой-нибудь школьник. Привязал семена к воздушному шарику и пустил его в небо. Наверно, из городской школы кто-нибудь. Из нашей никто не пускал. Вот интересно! Правда, лисёнок?

— Меня, зовут Кон.

— Ах, извини, Нон-тян. Давай посеем эти семена здесь на полянке.

Нон-тян нашла палку и, сделав в земле несколько дырочек, посадила туда семена космеи.

— Надо бы полить, — сказала она.

— Позволь мне. У меня лучше получится, — предложил Кон.

Он опустил хвост в ручеёк и немного посидел на берегу. Потом потряс мокрым хвостом над посеянными семенами цветов. Мелкие капельки воды облаком повисли над землёй, и меж ними образовалась радуга.

— Удобная вещь — хвост. Вместо лейки можно использовать, — восхитилась Нон-тян и оглянулась. Ну конечно, никакого хвоста!

— Да, без хвоста плохо. Я очень люблю свой хвост. И Нон-тян запел песенку про лисий хвост:

— Да, твой хвост пушистый и похож на румяную булочку, — сказала Нон-тян и запела весёлую песенку про булочку: —

В школе нам дают булки. Очень вкусные, — сказала Нон-тян. — Ах да, Нон-тян, не хочешь ли ты пойти в школу?

— А разве лисят туда пускают?

— А ты оборотись в кого-нибудь. Ведь лисички умеют притворяться.

— Я не умею. Не знаю почему, только у меня не получается, — сказал Кон печально. — Если бы я мог, уж я бы поплясал вволю на празднике зверей.

— А что же это за праздник такой?

— Раз в году все звери собираются на Поляне превращений и устраивают праздник, вроде маскарада. И коровы тоже приходят. Я только один раз был на таком празднике. Так интересно!

— Да? — Глаза у Нон-тян засияли. — Как бы я хотела побывать на таком празднике! Я так люблю сахарную вату!

— Но я не помню, чтобы там продавали сахарную вату. И потом, людей туда не пускают.