4 – Бухта надежды. Свой выбор

Прокатившаяся снежным комом по миру катастрофа с каждым днем собирала все больше и больше жертв.

Миновали первые, полные незнания и опасных, порой смертельных, ошибок, стоивших самого главного – жизни. Прошло осознание того, что все не будет как прежде. Человек постепенно научился принимать новый мир, и не только принимать, но и всячески пытается вновь изменить его под себя, рискуя завязнуть в междоусобицах, сродни феодальным войнам средневековья. Обломки цивилизации, которую пытаются спасти выжившие, хоть уже и не склеишь воедино, но сохранить все же следовало бы. Как минимум чтобы в то самое средневековье не вернуться.

В то же время совсем новые люди поднимаются к вершинам власти. Не важно каким образом – с помощью своего авторитета или силы оружия. Но как человечество неоднократно доказывало, главное не получить власть, главное – ее удержать.

Работорговля или просто торговля жизненно важными товарами – каждый выбирал свой путь.

– Ну и что дальше будем делать?

Серега Якименко подошел к окну, за которым бесновалась толпа мертвяков, и глянул на унылый и дико однотипный пейзаж, не блещущий своим разнообразием, открывавшийся за ним.

Вот как так можно было вляпаться? Нет, понятно, что благими намерениями устлана дорога в ад, но должна же быть хоть какая-то вселенская справедливость? Ну хоть намек на нее! Вот так и подписывайся спасать незнакомых девиц! Впору было начинать орать, что все проблемы из-за баб, но, если разобраться, то это утверждение не соответствовало никакой действительности. Ни Степанову, ни сестру Ивана Марченко они даже в глаза еще не видели, как умудрились устроить перестрелку, поиграть в догонялки с возмутившимися по этому поводу работорговцами и застрять без автотранспорта посреди незнакомого города.

«Новая деревня»1, расположенная в северной части Крымского полуострова, хоть и считалась городом, но своей застройкой больше соответствовала своему названию – большую часть городка занимал частный сектор, состоящий из невысоких одноэтажных домов с приусадебными участками. А если уж и попадались какие высотки (в основном пятиэтажки советской застройки), то они пребывали в жутко запущенном виде, наводя еще большее уныние своей однотипной формой и серой кое-где отваливающейся облицовкой. Или, если провести аналогии с выражением «Красота в глазах смотрящего», это воспринималось в мрачных красках из-за плохого настроения самих наблюдателей, которые замечали только недостатки, оставляя без внимания достоинства городка?

Скорее всего, нет.

Все и в самом деле было печально и уныло, а тут еще и серое небо не радовало тяжелой свинцовой тучей, медленно ползущей низко-низко над головой, что казалось, еще секунда и оттуда посыплется белая крошка. Да вот плюсовая температура воздуха не позволила бы в это время года припорошить грязные улицы белым снегом. Тут зимой-то снег редко когда бывает, хотя и чаще, чем на южном берегу, поэтому и говорить о снеге в апреле было бы крайне глупо. Скорее дождь опять ливанет со всей силы… Так не к стати.

И как тут пребывать в приподнятом настроении?

Это надо же умудриться застрять в незнакомом городе, без транспорта и с перспективой промокнуть до нитки.

Вот и наложилось все один к одному: унылый серый опустевший городок и неблагоприятная ситуация… Ведь, если быть полностью объективными, летом здесь все должно утопать в зелени, пока крымское жаркое солнце не подсушит листву, и та не станет сохнуть посреди лета.

Хотя до лета еще дожить надо. Может, кому-то это и покажется сущим пустяком – протянуть три месяца, но в изменившемся мире реалии стали таковы, что не стоило загадывать даже далее чем на один день. Потому как абсолютно бесполезное занятие.

После того, как Иван поделился своими наблюдениями касательно пробитого бака и невозможности передвигаться дальше на железном коне, прошло почти шесть часов, если наручные часы не врали. Не верить им не было оснований – пока они еще ни разу не подводили. Пришлось на остатках топлива тянуть до более-менее безопасного места, лишенного в зоне обозрения каких-либо признаков мертвечины, там уже останавливаться и после визуального осмотра убедиться, что усе… таки приехали.

Сергей поднялся с земли, отряхнул руки и коленки и многозначительно скривился, пока Иван караулил окрестности, старательно крутя головой вправо-влево и внимательно все осматривая, чтобы ни одна тварь – живая или неживая не подобралась незамеченной в самый неподходящий момент. Пока никого не было в зоне прямой видимости, но ведь все могло измениться в один миг. Все же в городе были мертвые, в этом парни убедились, когда проезжали пыльные городские улицы, и в достаточном количестве, чтобы доставить неприятности потерявшим транспорт приятелям. Подскочивший от погони адреналин уже сошел на нет, и возможность логически мыслить вернулась в буйну голову Ивана Марченко.