Будь моей жизнью

Милена витала в облаках. Она была счастлива. Завтра, в первый день весны, состоится её свадьба с Тереном. Завтра все будут счастливы. Милена, Терен, её родители. Родители Терена тоже порадуются за них, но на небесах. Сегодня Милена любила всех. Терена, конечно же, больше чем всех, но это же её Терен! С ним они проживут долгую счастливую жизнь. Они и так с детства жили вместе, её папа был опекуном мальчика почти с самого его рождения. Но с завтрашнего дня, а, вернее, с ночи, они будут вместе по-настоящему! Девушка и ждала, и страшилась немного этой ночи. Ну что же, если любимый ради неё готов отказаться от надежд на родовую магию, то и она смело примет то неизвестное, что ждет её после свадьбы.

Её жених был единственным представителем древнего магического рода Дархем. Его предкам были подвластны стихии. А вот у Терена родовой дар в его семнадцать ещё не проснулся. Маги, которых приглашал её отец для юноши, всё чаще стыдливо опускали глаза и повторяли, что надежда всегда остаётся. Но Терен уверял девушку, что её он любит больше, чем магию, и что именно она, Милена, и есть его главная в жизни магия. Да и, как говорили родители Милены, бывали случаи, когда магия просыпалась после свадьбы, или через поколение.

Стоит сказать, что для пробуждения способностей к магии стихий необходимым условием является соблюдение целибата до открытия этих самых способностей. Говорят, иногда они открывались и во время лишения невинности, но тогда должен присутствовать ряд сложных и запутанных условий, и то, по большей части, это было всего лишь овеянными легендами слухами.

Отец Терена, лерд Роден Дархем пропал в одном из рейдов, а его мать лерида Лилианна, узнав об этом, угасла за неполный месяц, продержавшись и этот срок только для того, чтобы родить его, Терена. Наверное, это и лишило мальчика магии. Тем не менее, он не остался одиноким сиротой. Папа Милены – лер Ликуэн Дерик был сводным братом по матери лериде Лилианне, и родители девушки сразу же взяли новорожденного под своё крыло, любили его так же, как и свою родную дочь, а иногда ему доставалось и большая часть их любви, но Милена понимала, что её родители – вот они, а он своих никогда не увидит. Папа и мама Милены не были магами, но они делали всё, чтобы пробудить дар Терена – возили его к магическим источникам, приобретали дорогущие амулеты пробуждения, от которых шёл непонятный жар, приглашали магов учителей на дом, но ничего, до сих пор ничего…

Родители и Терен бережно опекали хрупкую девушку, очень беспокоясь о её здоровье. Жили они вдали от столичной суеты в горном поместье Дархемов, которое Милена не покидала с самого рождения. Мама уверяла, что горный воздух благотворно действует на девочку. Конечно, папа и Терен выезжали в столицу, но Милена была слаба для таких поездок. И правда, иногда её охватывал необъяснимый жар, который ничем нельзя было унять, её тянуло куда-то бежать, что-то искать, жар нужно было отдать. Голова гудела, разум затуманивался, и она бежала. Бежала по гулким коридорам замка Дархем.

Как-то Терен застал её во время такого приступа, попытался прижать к себе, успокоить. Он нежно коснулся её лица, но тут же отдёрнул руку – тело девушки пылало нестерпимым жаром. Жених побежал к небольшому пруду, зовя за собой Милену. Последовав совету, она опустила руки в пруд, несколько раз плеснула воду на разгоряченное лицо и облегченно вздохнула. Было до слёз стыдно, что любимый застал её в таком состоянии. А ещё до безумия страшно, что он, наследник рода, откажется от неё, скажет, что она ему не пара, он знатнее, намного богаче Ликуэна Дерика, отца Милены, а теперь ещё и эта болезнь. Ему нужны здоровые дети.

А недавно ночью во время такого безумного тайного забега ноги сами вынесли её в необитаемую подвальную часть замка, и перед затуманенными глазами девушки показалась ничем не примечательная дверь, дверь, каких много в подземелье замка, но именно она тянула к себе, обещала облегчение. Милена тяжело прислонилась к ней всем телом. Под напором дверь, тихонько скрипнув, отворилась, Милена осторожно зашла в помещение и увидела {её}.

Это была колонна из неизвестного девушке материала, и она звала. Звала именно её, обещая исцеление. Ничего не замечая вокруг, Милена шла к ней, протянув обе пышущие жаром руки, Подойдя, тихонько прикоснулась к холодному камню пальцем, и, о чудо! жар стал уходить из измученного тела. Неизвестно, сколько простояла Милена, отдавая жар камню, но, полностью очнувшись, она поняла, что спасена – эта колонна заберет её болезнь, а родителям и любимому не нужно об этом знать, почему-то она считала, что так будет правильно, не нужно их расстраивать неизвестным, главное – результат.

С тех пор Милена частенько тайком прибегала к своей колонне и обнимала её, прижималась к ней обнажёнными руками и лицом. И та помогала ей. Иногда забирала тот непонятный болезненный жар, а иногда, словно чувствуя, что девушке нужна поддержка, сама щедро делились теплом. Колонна стала её спасительницей. Болезнь отступила.