Будь моей… Снегурочкой

Настя Синичкина

– Генка, ну ты и поросенок! Что вытворяешь? Вставай немедленно! – праведно возмущалась я, тщетно пытаясь выудить из сугроба своего напарника. – А если ребенок какой-нибудь мимо пойдет? Что он подумает? Что Дедушка Мороз совсем совесть потерял? Ага, точно, и как раз пытается её отыскать в этом самом сугробе. Ну, Генка, поднимайся!

– Я… Да… Ты это… Гыыы… – несвязно бормотал Геннадий сквозь съехавшую к уху длинную белую бороду, барахтаясь в куче снега. Он бестолково старался себе помочь, пробиваясь на свободу из рыхлого плена при помощи резного посоха с серебристым набалдашником.

Сегодня, в последний день предновогоднего марафона, мы с напарником ходили по доставшимся нам по разнарядке адресам и поздравляли ребятишек с наступающим праздником. Для творческого агентства "Радость", в котором я работаю, конец декабря – сумасшедшее время. Все члены нашего дружного коллектива разделились на Дедов Морозов и Снегурочек и вот уже несколько дней кряду кружили по городу, неся ту самую радость и родительские подарки счастливой ребятне. В ответ мы получали неподдельное восхищение, восторг и горящие глазенки на детских мордашках. Это дорогого стоит. Мамы с умилением украдкой смахивали слезинки, слушая, как их чадушко старательно читает стишок или выводит новогоднюю песенку. А папы порой под шумок потом утягивали Деда Мороза к накрытому столу, чтобы разделить с ним ожидание пиршества. Видимо, самим уже не терпелось перейти от предвкушения непосредственно к празднованию, и тут такой повод – Дед Мороз со Снегурочкой пожаловали.

Сперва я не обратила внимания на то, что Геннадий перестал отказываться от столь заманчивых предложений, позволяя себе пропустить за воротник, вернее, за бороду, стопочку-другую "с наступающим". И это практически без закуски! Обойдя несколько подобных адресов, я только поняла, что напарник "поплыл". Ну, а что хотели? У меня опыт общения с подвыпившими мужиками нулевой. К тому же наивно понадеялась, будто Генка и сам знает свою планку. Как выяснилось, не знает… Потому, выйдя из очередного подъезда на улицу и пройдя с десяток метров, он благополучно почтил своим присутствием шикарную кучу снега, блаженно в ней растянувшись. Потом как-то странно всхрюкнул и все же попытался оттуда выцарапаться под мои справедливые упреки и бесполезную суету.

Меня разобрал нервный смех, представив, как это выглядит со стороны. Дед Мороз кувыркается в сугробе, путаясь в длинных полах нарядной, расшитой яркими узорами шубе. Борода растрепалась, шапка набекрень, мешок с подарками улетел в соседний сугроб. А рядом пыхтит закипающим чайником и хлопочет Снегурочка. Да уж, эпичная картина вырисовывается, нечего сказать!

Я обреченно вздохнула и кончиком косы вытерла со лба пот, обильно выступивший под расшитой серебряной нитью шапочкой с меховой оторочкой. Как бы грим не потек, ведь больше получаса его накладывала, стремясь добиться природной естественности румяных щечек, пушистых ресниц и ярких губ. Потом решительно одернула шубку и в очередной раз предприняла попытку вытащить своего нерадивого напарника из снежного плена. Уф, удалось. То ли злость помогла, то ли осознание необходимости – осталось поздравить всего одного ребенка. На этом наша дедморозово-снегурочковая эпопея завершится до следующего Нового года. Ура!

Резво выскочив из сугроба, словно морковка из грядки, Геннадий только крякнул и оперся о посох, стараясь сохранить вертикальное положение.

– Горе ты луковое, – причитала я, с остервенением отряхивая от снега покачивающегося Деда Мороза. – Лучше бы пошла в паре с Петром Кирилловичем. Он мужчина обстоятельный, серьезный, никаких глупостей себе не позволяет. А ты? Вот что я теперь скажу твоей Тамаре, если спросит? Не досмотрела? Прямо как за дитем малым приглядывать нужно было. Будто у меня своих забот нет. Как ты домой-то теперь явишься?

– Ну, ты это… Не-е-е, Томе не надо… Я это… постараюсь, – лаконично и вполне кратко ответил сразу на все мои вопросы напарник, когда я ему поправляла шапку и бороду.

– Да куда же ты денешься? – я уже немного остыла и начала рассуждать трезво, в переносном смысле этого слова, конечно. – Сейчас в соседнем доме мальчика поздравим и свободны. Ты уж там особо не выступай, молчи себе в бороду и многозначительно хмыкай в нужных местах. В крайнем случае, важно пристукни посохом. В целом вид у тебя вроде ничего – щеки и нос красные, ну так это Дедам Морозам положено. Говорить буду я, ты только подарок вручишь. Главное, постарайся не шататься. А то заказчики возьмут да жалобу на нас в агентство накатают. Все понял?

Генка угукнул и старательно кивнул головой, отчего практически потерял равновесие, вновь чуть было не нырнув в сугроб. Но на ногах все же устоял и торжественно бухнул посохом о землю.

– Молодец, будем считать, что ты свою роль отрепетировал, – резюмировала я.